В табачном магазине за углом от кафе, где Эбигейл осталась караулить чемоданы, на него со всех сторон бликуют витрины сомнительной чистоты и наполнения. Глаз выхватывает надпись на русском «ГОСУДАРСТВЕННАЯ КАРТОЧНАЯ МОНОПОЛИЯ», и Ганнибал чувствует.. Ганнибал
роли и фандомы гостевая нужные персонажи хочу к вам

KICKS & GIGGLES crossover

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KICKS & GIGGLES crossover » акции » нужные персонажи


нужные персонажи

Сообщений 61 страница 75 из 75

1


Самые нужные:

ИХ ИЩУТ (список)

alan wake [rose marigold]
alan wake [saga anderson]
alan wake [thomas zane]
american horror story [michael langdon]
assassin's creed [ezio auditore da firenze]
assassin's creed [frederick «freddie» abberline]
a song of ice and fire [baela targaryen]
a song of ice and fire [criston cole]
baldur's gate 3 [enver gortash]
baldur's gate 3 [orin the red]
chainsaw man [barem bridge]
chainsaw man [hayakawa aki]
christian mythology [gabriel]
christian mythology [justitia]
christian mythology [samael]
christian mythology [st. peregrine]
cthulhu mythos [keziah mason (nahab)]
cyberpunk [kerry eurodyne]
cyberpunk [song so mi]
cyberpunk [rache bartmoss]
cyberpunk [rogue amendiares]
cyberpunk [sandra dorsett]
dragon age [falon'din]
dragon age [the hero of ferelden]
fear & hunger [abella]
genshin impact [kaeya alberich]
genshin impact [viktor]
honkai: star rail [bailu]
j.k. rowling's wizarding world [alastor moody]
j.k. rowling's wizarding world [cho chang]
j.k. rowling's wizarding world [luna lovegood]
j.k. rowling's wizarding world [mary macdonald]
j.k. rowling's wizarding world [xenophilius lovegood]
jujutsu kaisen [gojo satoru]
league of legends [alune]
league of legends [garen]
lies of p [giuseppe geppetto]
marvel [illyana rasputina]
marvel [stephen strange]
miraculous ladybug & cat noir [gabriel agreste]
mortal kombat [kano]
norse mythology [odin]
norse mythology [sif]
overwatch [gabriel reyes]
pirates of the caribbean [angelica teach]
ryū ga gotoku [kiryū kazuma]
ryū ga gotoku [nishitani homare]
ryū ga gotoku [park mirei]
ryū ga gotoku [saejima taiga]
slavic folklore [berehynia]
slavic folklore [firebird]
slavic folklore [zhelia]
tale of bygone years [anna kamskaya]
tale of bygone years [yuriy tatishchev]
tarot [justice]
tarot [the lovers]
the golden key [alisa]
the golden key [artemon]
the golden key [buratino]
the golden key [malvina]
the gray house [wolf]
the hunger games [annie cresta]
the hunger games [clove]
the hunger games [cressida]
the hunger games [euphemia trinket]
the hunger games [peeta mellark]
the hunger games [the female morphling]
the hunger games [wiress]
the last of us [abby anderson]
the league of extraordinary gentlemen [wilhelmina harker]
the locked tomb [gideon nav]
the raven cycle [blue sargent]
the vampire diaries [damon salvatore]
valorant [raze]
valorant [sova]
w.i.t.c.h [caleb]


заявки выкупаются автоматически после вашего кода в гостевой; пришедший принимается только после сообщения с одобрением. общий список нужных персонажей можно посмотреть в гостевой. пример текста — пункт обязательный.


иф персонажа; фандом


https://forumstatic.ru/files/0019/e7/0f/16455.jpg

основной текст заявки.


всё, что вы имеете сказать дополнительно: никакого кросспола, баллы за егэ (ваши хедканоны, пожелания по активности) и прочие приколы.

пример поста;

обязательно smalimg

КОД ШАБЛОНА;
Код:
[table layout=fixed width=100%][tr][td][/td][td width=500px][b][size=16]иф персонажа (латиница, маленькие буквы);[/size][/b] фандом (латиница, маленькие буквы)[hr][/td][td][/td][/tr][/table]
[align=center][img]https://forumstatic.ru/files/0019/e7/0f/16455.jpg[/img][/align]
[quote]основной текст заявки.
[hr]
всё, что вы имеете сказать дополнительно: никакого кросспола, баллы за егэ (ваши хедканоны, пожелания по активности) и прочие приколы.
[/quote]
[spoiler="[b][size=14]пример поста;[/size][/b]"]обязательно [img=smalimg]https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/2/882341.png[/img] [/spoiler]

+1

61

michael langdon; american horror story


https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/573/t233308.png https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/573/t476689.png https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/573/t915115.png

The Devil is real
He can be beautiful
Because he’s fallen angel
And he used to be God’s favorite

Ночью мне снятся груды мертвых тел, я брожу среди них, бесцельно вглядываясь в застывшие лица, не узнавая их. Каждое утро я просыпаюсь с криком, раз за разом спрашивая себя: кто я? Наш мир разрушен, пал под ударами ядерных бомб. Мир, который мы знали и не ценили, сгорел в огне. Мы сами подписали приговор нашей планете, а Создатель даже не почесался. Быль ли он вообще? Я не знаю ответ на этот вопрос. Зато теперь я  точно уверена, что дьявол существует, и еще недавно он пировал  на руинах уничтоженной цивилизации. Но теперь он здесь, сидит с нами за одним столом, обещая избранным лучшие будущие. Его речи так соблазнительны, так сладки, что даже святой дважды подумает, прежде чем сказать — нет.

Зачем ты прибыл к нам, Лэнгдон? Думаешь, что среди нас отыщешь тех, кто достоин спасения? Я думаю, что тебе просто нравится наблюдать за тем, как мы мечемся, словно крысы в пластмассовом лабиринте. Каждый желает спасти свою жизнь. Коко, Галлант, Иви, Дайна да, собственно, все готовы пройти собеседование, чтобы стать частью твоего Святилища. Но существует ли оно вообще?

Каждый день ты вызываешь к себе одного из жителей Третий станции. Они уходят в твой кабинет с надеждой, а возвращаются с потухшим взглядом, извращенными, сломленными. И я не хочу знать, что за вопросы ты им задаешь. Но завтра неминуемо наступит, а вместе с ним и моя очередь…

Кого я увижу  в просторном кабинете за черными раздвижными дверями? Самовлюбленного мальчика, что пожелал бросить вызов самому Создателю? Одинокого ребенка, оставленного своим отцом? Недооцененного мага, которого отвергли ведьмы?

Каков ты теперь — анархист, решать тебе. Может ты наконец дорос до созидания, а не только разрушения. Может, желаешь стать отцом новой цивилизации, которая будет жить по твоим правилам. А может, желаешь доказать каждому выжившему, что его душа такая же черная, как и твоя. Это мы узнаем только завтра, а пока меня ждет ночь полная кошмаров и попыток вспомнить, кто я на самом деле. 


Ну, что я могу сказать. Кхм…у меня припекло, и я пришла закрыть один из своих многочисленных гештальтов. Эта заявка, как принято писать, в пару. Вектор наших отношений, степень помешаности, остроту стекла и рейтинг определим вместе. Я могу попытаться вытащить тебя на светлую стороны, ты можешь попытаться утопить меня во тьме. Можем наиграться в стенах бункера, а можем пойти дальше и создать собственное Святилище.

Я пишу от 2000 - 7000 тысяч символов, не пропадаю и всегда готова экспериментировать. От тебя прошу не пропадать и выдавать хотя бы один пост в две недели. Любовь к мистике, террору и хаосу приветствуется. И, пожалуйста, пусть тебе будет хотя бы больше 20~

пример поста;

Девушка с трудом сглотнула, мечтая в этот момент только об одном — слиться с немногочисленными тенями в этой комнате, во входную дверь которой все еще вонзался ее кинжал с рукояткой в виде головы кобры. Алые камни, вставленные змее вместо глаз, сейчас недобро поблескивали в солнечном свете. Казалось, что даже ее собственный кинжал в эту минуту готов был обратиться против своей хозяйки. Взгляд принцессы медленно переместился на фигуру дяди, блуждая по одежде и отмечая изменение в каждом движении мужчины. Арианна словно загнанный в ловушку тушканчик, опустив уши и прижав хвост к песку, сейчас изо всех сил старалась предугадать действия хищника. Еще несколько неуверенных шагов назад, и, возможно, ей все таки удастся выскользнуть из этого капкана.

Когда дядя резко подался вперед, словно змей во время броска, чтобы схватить руку Арианны, та забыла как дышать. Мужчина направил кинжал в ее сторону, подставляя его блестящие лезвие к тонкой шеи Мартелл. Принцесса, не ощущая холода стали из-за вихря эмоций, что бурили в ней в этот момент, отчаянно искала взором за что зацепиться, страшась прямо взглянуть Красному Змею в глаза. Когда он приподнял ее подбородок острием кинжала, выбора у нее не осталось — пришлось осторожно встретиться взглядом с принцем, чтобы тут же утонуть в темных омутах, в которых сейчас плескалось совершённое безумие. Шатенка закусила губу, с трудом подавляя в себе порыв отвезти взор. Она уже была далеко не ребенком, но по сравнению с высокой фигурой дяди, казалась крошечной. Огонь, что бушевал в ней еще пару секунд назад, смиренно притих, вынуждая свою хозяйку самой разбираться с последствиями.

Насмешка дяди заставила Арианну выпрямиться, словно натянутая до придела струна. Ее смелость сейчас была показной, и они оба знали об этом. Девушка чуть подалась вперед, заставляя лезвие впиться в нежную кожу, будто говоря: я не боюсь. По шеи побежала одна маленькая струйка крови. Отчаянно хотелось сказать что-нибудь колкое, чтобы показать дяде, что она его не страшится, но все слова предательски застревали в горле, а мысли путались. Невозможно было размышлять трезво, находясь в такой близости от Красного Змея.

Словно желая ее добить или просто видя смятение племянницы, мужчина продолжил отравлять ее своими словами. Мартелл доводилось слышать о жестокости Оберина, но до этой минуты эти слова для нее оставались не более чем слухами, она еще ни разу не испытывала на себе его ужасающий гнев. В этот раз она действительно перешла черту. И как бы ей не хотелось заверить себя, что дядя ей ничего не сделает, где-то в глубине души отвратительным червяком зашевелился страх. Все ее силы сейчас уходили на то, чтобы удерживать зрительный контакт с мужчиной.

Арианна стиснула руки в кулаки, стоило Оберину обмолвиться об участи ее друзей. Она вся дрожала, но не от страха, а от злости, что начинала с новой силой разливаться по ее венам. «Замолчи! Замолчи! Замолчи!», — хотелось закричать принцессе прямо в лицо Змея, но она заставляла себя молчать. В конце концов она уже пыталась достучаться до дяди во время их возращения в Солнечное Копье. Но правда была в том, что с этим ничего нельзя было поделать: за ее ошибки будут расплачиваться другие, — такого ее наказание за измену. Намного менее суровая кара, чем могла быть, но от того не менее тяжелая.

Принцесса глубоко вздохнула, отчего ее грудь поднялась вверх  и почти коснулась груди стоящего напротив мужчины. Ей пришлось крепко стиснуть зубы, чтобы промолчать в ответ на колкости Красного Змея. Но стоило дяди поцеловать ее в висок, а затем покинуть покои, не забыв запереть за собой дверь, как эмоции Арианны вышли наружу, подобно прорвавшейся через трещину в стене воде. Девушка громко закричала, стараясь вложить в этот крик все ту бурю эмоций, что сотрясала ее изнутри. Последней каплей, переполнявшей ее, почему-то оказалась та нежность, с которой Красный Змей, коснулся ее виска своими губами. Это действие напомнило принцессе о том, что он все еще считает ее неразумным ребенком, которого нужно отчитать за содеянное. Мартелл в сотый раз указали на ее ошибки, указали на ее место. И от этого было еще больнее, чем от знания, что Белый Рыцарь действительно погиб из-за нее. Ужас от осознания произошедших за последние два дня событий с новой силой накрыл шатенку, из ее глаз брызнули слезы, а руки несколько раз ударили по двери, вторя ее всхлипам. Словно песчаная буря, Арианна двинулась прочь от закрытой двери вглубь своих покоев, снося на пути все, что попадалось  ей под руку. Ваза со свежими цветами, графин с летним вином, пара кубков — все полетело на пол. Пару книг она швырнула в дверь, выкрикивая при каждом броске что-то обвинительное. Яд, что накопился в ней за разговор с Оберином, теперь выливался из нее без контроля. Но некому было слушать его, а значит ее крики были бесполезны и только надрывали связки. От понимания того, что шатенка ничего не может противопоставить своему дяде в открытом конфликте хотелось рвать на себя одежду. Вместо одежды, впрочем, отлично подошли спадающие с полупрозрачного балдахина над кроватью, ткани. Золотой шелк теперь валялся на полу, и если бы Красный змей оставил ей кинжал, Арианна бы разрешала ткани на множество кусочков, а затем выбросила с балкона вниз.

Наконец гнев и обида начали сходить, будто волны Летнего моря во время отлива, оставляя после себя пустоту и холод. Принцесса обняла себя руками за плечи и медленно вышла на небольшой балкон, с которого открывался прекрасный вид. К тому времени, как шатенка успокоилась, наступил вечер. Алый диск солнца садился на западе в темные тучи, цвета индиго. Последние его лучи поблескивали на волнах, заставляя море буквально пылать вместе с душой принцессы.  Теплый ветер смахнул со лба Арианны прилипшие пряди, игриво приподнял ткани ее наряда. Девушка задумчиво коснулась пальцами начинающего остывать камня, затем ухватилась руками за край перил и наклонилась вниз. Голова закружилась от высоты, во рту пересохло. В голове появились образы свободного падения, а затем резкого столкновения с землей. Шатенка не боялась высоты, и не планировала заканчивать свою жизнь так бессмысленно, но увиденное определенно действовало на нее по-особенному. Чувствует ли себя песчинкой ястреб, смотря на землю с высоты своего полета, ощущает ли свободу, когда его крылья держит и направляет сам ветер? Ответа на этот вопрос у нее не было.

Мартелл внимательно наблюдала с высоты 150 футов, как двигаются маленькие точки внизу. Стража сменяла друг друга на посту, люди спешили по своим делам. С наступлением вечера в Тенистом городе, расположенным за крепкими стенами замка,  начинала кипеть жизнь, будто подражая просыпающейся в этот час природе. Все, кто прятался от жары в тени домов, теперь свободно гуляли по улицам, активно торговали, спорили и смеялись. «Так опрометчиво я поступила, когда выкрала маленького львенка, и поставила всех этих людей под удар…», — с грустью подумала принцесса. Сейчас, когда все эмоции притупились, а тело почти обессилю, Арианне стало ясно, насколько нелепым был на самом деле ее план. Упиваясь своей задумкой и важностью, она не заметила сотню прорех, которые привели бы ее замысел к провалу, даже если бы Красный Змей не успел к реке. И этот провал привел к наказанию, которое пало на всех кроме той, что его придумала.

Не в силах более смотреть вниз, Арианна мягко оттолкнулась от каменного ограждения, отделяющего ее от свободного падения. Шатенка понимала, что дальше будет только сложнее. Ее провалившийся план намного усугубит отношения между Дорном и Железным Троном. Даже в том случае, если Ланнистеров удастся убедить, что все произошедшие с их дочерью дело рук заговорщиков, которых жестоко покарали. Теперь, когда Мартелл видела смерть дорогого ей человека так близко, война уже не казалась ей хорошим решением.

Усталая принцесса легка на кровать, удобно устроившись среди разноцветных подушек. Она повернулась на спину и заложила руки за голову, серьезным взглядом уставилась в потолок, который проглядывал через золотистую ткань балдахина. Глаза блуждали по затейливым узорам зеленных ветвей, укрывающих в центре прекрасную белую змею, замершую за секунду до смертельного броска. Мысли Арианны были устремлены в будущее. Она перебирала в голове разные варианты событий, которые теперь неминуемо произойдут, пыталась подготовиться ко встрече с отцом. В конце концов ее веки потяжелели, а глаза медленно закрылись. Мятежная принцесса провалилась в глубокий сон, в котором ее душу терзали страхи, раз за разом повторяя сцену смерти сира Ариса.

Подпись автора

https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/573/t707566.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/573/t560820.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/573/t299213.gif

+8

62

damon salvatore; the vampire diaries


https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/326/554917.jpg

Деймон, тебе ведь так хочется меня убить, не правда ли? жаль, что я всегда на шаг впереди, всегда одариваю тебя вескими причинами почему - нет. почему не в этот раз. я н у ж н а вам, чтобы показать как надо выживать, как правильно предавать других и успевать вовремя исчезнуть. давай, Деймон, ненавидь меня, но мы оба знаем, что совсем недавно ты меня любил. без устали искал по миру, надеясь вновь завоевать мое сердце. двойники обречены любить друг друга? как бы ни так. это никогда не был стефан. он - всего лишь игрушка, чтобы разгорячить другое темное сердце. ах, Деймон, Деймон, Деймон... неужели ты веришь в чудеса? только Елена никогда не сможет полюбить тебя. Елена никогда не сможет принять тебя всего. прекрасная, милая Елена, способна принять любого, кроме тебя. давай же, признай это, прими это и измени свою жизнь, придай ей старый блеск веселья.


кэтрин любит внутренний огонь деймона, который готов нарушать все возможные правила и веселиться, даже не отключая эмоции. заявка в паро-не пару, потому что если вам захочется замутить какое-то личное стекло и написать заявки на каст - ни в коем случае не смею вас останавливать. я играю скорее медленно, чем быстро, в лапслоке, с птицей тройкой. из всех возможных вещей на ролочках сложно принять только посты от первого лица, а со всем остальным я уверена, что найдем компромисс. и да, в заявки я умею хуже, чем в посты, прошу понять и простить)
и бонусом:

пример поста;

отправив последнее письмо женя ощутила как тягостное ожидание все сильнее сдавливает ее горло тревогой. все тяжелее заснуть ночью, не прислушиваясь — вдруг служанка царицы уже бежит за другой служанкой? вдруг она пропустит звуки просыпающегося от ночного сна дворца, ведь гонец принёс новости? где-то в глубине души женя мечтала, что николай проберется в замок незаметно и постучит именно в ее дверь. глупости, конечно, но где-то между сном и явью привидится и не такое. скоро настанет утро и мечтать снова станет некогда, выполняя свой привычный круг обязанностей: стереть шрамы василия, выровнять морщины царицы, присутствовать на завтраке, снова умаслить царицу и спешить в малый дворец, к издевкам багры и ее требовательности. кажется годы были не властны не только над внешностью гришы, но и над характером. ни разу женя не заметила за своей суровой преподавательницей и капли жалости, но однажды с удивлением обнаружила сострадание — когда та освободила ее от занятий без вопросов со стороны сафин. откуда багре было знать, что именно в тот вечер женя долго растирала кристаллы в ступе и смотрела как закипает вытяжка из белладонны? и прежде, чем смешать два незамысловатых компонента повернула ключ в замке на еще один оборот, чтобы никто не осмелился ее тревожить. горький вкус заставляет девушку закашляться, едва не выплевывая зелье, но продолжает делать глоток за глотком — только так, никак иначе. на утро она сама разведет огонь в камине и без жалости швырнет кровавую сорочку и простыни, которыми она вытирала пол. никто не узнает. никому и не надо знать. а потом раздастся стук в дверь и женя торопливо побежит открывать, удивляясь кому она могла понадобиться так рано, а получает лишь небольшую записку с освобождением от занятий. и ледяной холод пронзит позвоночник — багра знает. багра в с е г д а все знает.

пройдет почти неделя, пока женя перестанет испытывать боль внизу живота от каждого резкого движения, но ни один мускул на лице не дрогнет, а тонкие пальцы будут лишь сильнее сжимать тяжелую шкатулку ткачихи. девушка заставляет себя забыть о любых собственных чувствах, пока аккуратно, стараясь не касаться кожи придает царице татьяне цветущий вид, на который уже давно плевать ее законному супругу. все ухищрения, так щедро даруемые женей, замечают лишь придворные льстецы, да юные фаворитки короля, в неуверенности поджимающие губы. потом пройдет еще неделя... и еще. любые события, любые переживания сотрутся, покроются пылью, затмеваемые рутинностью жизни из которой и состояли будни юной гриши. только уже никаких милых чаепитий или сказок, с любовью подобранных. только никаких писем, чтобы перечитывать в тишине комнаты — она сожгла все вместе с сорочкой, безжалостно кинув в огонь, подводя черту под собой прошлой. все больше и больше она понимала о чем говорит генерал кириган, все сильнее ей хотелось, чтобы к гришам стали относиться как к равным, а не забавным игрушкам, в случае необходимости способными стать оружием.

а потом николай и остальные возвращаются в столицу и женя мраморный изваянием стоит позади трона королевы, прикрывая свое присутствие тенями, отбрасываемыми монархами в их величии и радости от возвращениям младшего н а с л е д н и к а. девушка коротко улыбается поймав взгляд николая и тут же опускает глаза — не дело служанок так беззастенчиво разглядывать царских особ. жизнь в замке приобретает суетливый характер, ведь подобные события сопровождаются празднествами, к которым готовится каждый в большом дворце и женя не исключение: ей поручено порхать между комнатами, весело щебеча рыжей канарейкой для всех, кого царица пожелала «привести в порядок». маленькое счастье, что николая не было среди попавших в список и девушка могла оттягивать момент разговора, суть которого она не могла вообразить или придумать — писать письма, рассказывая о событиях дворца или переписывать стихи куда проще, чем стоять, мучительно подбирая слова и сдерживая все то настоящее, что бережно хранится спрятанное под ста замками правиль и условностей. ей бы найти в себе смелости броситься тому на шею, сжать сильнее в объятиях, слушать как стучит сердце под парадным кителем и хотя бы на мгновение забыть о мире. но вместе этого коротко пожимает руку николая, пока губы сами произносят заученные фразы «рада что вы вернулись», «приятно видеть вас снова», «как всегда выглядите потрясающе». и все. это все что ей разрешено, пока жадные до сплетен глаза оценивают каждое ее действие — это утомляет, но женя знает правила игры слишком хорошо, чтобы сделать неверными хотя бы пол шага.

Отредактировано Katherine Pierce (2024-05-27 14:17:48)

Подпись автора

.
you hate me, huh?

https://forumupload.ru/uploads/000f/98/51/2/331460.gif

https://forumupload.ru/uploads/000f/98/51/2/371937.gif

sounds like a beginning of a love story

sign by сурикат

+5

63

illyana rasputina; marvel


https://i.imgur.com/e2Y6cMh.gif

- There are no snowflakes in hell.


во-первых, простите за этот чит, но ненавижу писать заявки, а Ильяна - моя снежиночка, которую хочу себе полностью.
во-вторых, Аня Тейлор-Джой, конечно, тоже отличная, но всегда видела на Ильяне Тейлор Свифт, рассмотрите ее, у нее есть и подходящие фотошуты, и множество клипов, ильяновские светлые волосы, челка и лицо сердечком, то есть полный набор.

ну какая!

в-третьих, каст Марвела у нас не имеет какого-то жесткого сюжета, вектора, направленности, мы не играем по мсю или по комиксам, общего плота или концепта нет, поэтому глобальный сюжет предложить не смогу, зато зову в личные сюжеты про МАГИЮ.
в-четвертых, МАГИЯ! давайте поиграем магичек и ведьм, сожжения на средневековых кострах, современные ковены и modern day witches, поездки к бабкам в русские деревни, аушки в славянском антураже, где все темно, страшно и неуютно, порчи, сглазы, булавки в порог, клочки собачьей шерсти под матрас, чтобы жизнь была собачьей, что-то в стиле "практической магии" в маленьком городке в норвегии? да что угодно, чтобы прямо накрывало атмосферой, лесбийскими вайбами и girls support girls.
в-пятых, мои посты есть в открытом доступе, хочу прочитать ваши, прежде чем падать в обсуждения. не пропадайте, я всегда здесь, готова обеспечить максимально стабильную игру, посты, графику, мемчики про ведьм в тг.

пример поста;

сны не оставляют ее в покое. бесконечной пыткой мучают, и теперь ванда боится закрывать глаза.

по лицу пьетро течет кровь, собирается в крупные тяжелые капли на подбородке, ванда делает несколько быстрых шагов, босыми ногами прямо по растерзанным телам, ступней утопая в голых грудях марии, забирается на него, заставляя руками подхватить себя под коленями, и языком медленно проводит по лицу, вылизывая, слизывая алые, еще горячие капли. легко спрыгивает на пол, и начинает кружиться в счастливом танце под одной ей слышимый ритм. дикий, животный танец, ванда могла так танцевать на своей свадьбе, или на свадьбе своей младшей названной сестры, или на пышном юбилее цыганского барона, когда рвали струны гитар и хлопали ладоши, выбивая ритм, когда жгли костры неделями напролет, и продолжался праздник. так танцевала она, уйдя в лес, отдавшись полностью живущей, дающей свои плоды внутри нее магией, вместо земли у нее залитый скользкий пол, вместо камней и острых веток — раскиданные руки и ноги, сломанные кости, зияющие раны. ванда делает причудливый извилистый круг, тяжело дыша, задыхаясь, одним жестом убирая с лица волосы; на ней все еще тонкое нижнее платье, в котором она выбралась из красного огня, на ней — кровь джанго и марии, цыганских детей и женщин, всего их табора, потому что это они с пьетро убили их, их сваренная свернувшаяся кровь на них, запах жареного мяса на них, грех на них, страшный красный грех.

ритм цыганских гитар и криков горящих заживо все еще звучит в ванде, когда она просыпается. на ее коже липкая пленка, остывшая воспаленная испарина. пьетро помогает ей умыться, где-то достав чистой дождевой воды. на пепелище они нашли шкатулку с драгоценными камнями и золотыми кольцами марии, на продажу которых жили. но это было плохое — названное смешным словом кастрюльное, — золото, со стекляшками, и по-настоящему продавца за клеткой решетки заинтересовало только одно кольцо с пальцев ванды. джанго всегда лгал (он совсем не умел лгать, ложь уродовала его открытое загорелое лицо), что это был его подарок, но она не могла вспомнить, когда и каким был повод. не могла снять эти кольца, от которых болели пальцы, которыми их сдавливало и ломало, особенно когда день был темный и сырой.

тонкая нить, которой пришита была ванда к названным родителям, становится тоньше, а потом в какой-то момент совсем рвется. пьетро утешает ее, говоря, что он рядом, а она хочет переспросить его — навсегда? ванда больше не носит белого. тонет в чужом грязно-красном свитере, который пьетро перевязал ремнем на талии, туго затянув узел — от петель и шерсти пахнет влажным запахом разложения и плесени. она осторожно изучает свое почти не изменившееся, но совсем по-другому ощущающееся тело, давит пальцами туда, где сжимал пальцы пьетро — и морщит нос от боли, — ведет по краям следов, ерзает, сжимает колени вместе. ванда чувствует фантомно чувствует запах паленых волос и горящего дерева, когда пьетро целует и раздевает ее, когда они сидят на общих собраниях, и она единственное яркое пятно среди черного скрытного воронья, и когда зажигают фаеры на выступлениях, и когда демонстрация превращается в бойню, в которой люди идут на хорошо вооруженных людей с бейсбольными — американскими — битами и вырванными арматурами. однажды ванда видит, как поймавший коктейль молотова прямо в грудь солдат спецподразделения горит, и кевлар плавится на нем.

она старательно пытается помочь этим людям, поэтому они остаются здесь, а не перебираются в общий сквот, где намного теплее и безопаснее. их хорошо знают, они вдохновляют — ванда как ярко-красное знамя, пьетро никогда ничего не боится, ванда умеет высекать искры из людей, заставляя их подняться с колен, взяв камень, пьетро умеет этот огонь раздувать. гордились бы ими сейчас джанго и мария? ванда прерывисто дышит, стараясь держать выбранный братом ритм, стонет, зажимая рот ладонями, и точно знает: нет. люди ее помощь принимают, но смотрят озлобленно. еду из ее рук выдирают, не скажут даже доброго слова. она хочет знать, за что они с ними так.

за что люди, подобные этим, сожгли их дом? за что их правительство вместо того, чтобы протянуть руки и быть со своей страной, тонет в жадной власти олигархов, продающих заковию по кускам американцам? за что на мирных демонстрациях полиция первыми открывает огонь, у них уже целые стены мучеников, можно расписать именами стену плача, а где-то в тюрьмах прямо сейчас тем, кто боролся за несправедливость, отбивают ботинками почки, выбивают резиновыми палками зубы, и приковывают к горячим батареям?

ванда смотрит через просветы в забитых окнах церкви. следит взглядом за тем, чтобы сон этих людей ничего не нарушала, пусть они и не знают — сквозь разбитое стекло, из которого тянет холодом, видны проржавевшие ворота. люди вытекают в полуночную улицу, неся в руках зажженные свечи, сбившись то ли в семьи, то ли в стаи, кутаясь в теплые вещи, пряча крестики. возвращается пьетро — она слабо улыбается, чувствуя облегчение, что с ним ничего не случилось, расставаться надолго с ним подобно смерти. позволит увести себя к импровизированной постели, собранной из досок, куда ветер не мог добраться, бессильно царапаясь в других углах. брат всегда накрывает заботой, лаской, его руки повсюду, тяжесть головы приятно давит на плечо. ванда гладит его по темным волосам пальцами с кольцами, о которых она ничего не помнит, и молчит о своих снах.

она не любит скрывать что-то от пьетро — когда у них одна жизнь на двоих это подобно преступлению. ванда подтягивает согнутые в коленях ноги к груди, осторожно сбрасывает с себя руку брата, которая уже пробралась ей под свитер. царапает край капроновой раны на чулках, заставив шов разойтись еще сильнее. признается:

— сегодня ко мне приходили люди. друзья. они сказали, нас выбрали, и мы можем помочь по-другому.

+10

64

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/372/610373.png[/icon]

bailu; honkai: star rail


https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/372/751932.gif

warning! ксенофобия; расовая сегрегация; эксплуатация детей; бинтование ног; хэды, хэды, хэды.   

это его обещание лофу сяньчжоу. велено оставить что-то одно самое дорогое — своё сердце, память, бессмертие, чувство дома, чувство сопричастности  — дань фэн, подумав, оставил байлу.

байлу когтями вцепилась в подлокотники, боясь потерять опору. она напоминает доверху наполненный сосуд, из которого вот-вот перельётся за края вода — ей не нравится эта земля. как и любая другая. но эта — особенно. на поверхности приходится держать спину, искать равновесие, касаться сухого мёртвого дна босыми ногами, перемещаться в одном со всеми направлении, когда в воде тебе подвластно всё пространство.
дань фэн понимает чувства байлу, но уже давно привык к прямохождению.

он опускается на колени перед ней и целует каждый пальчик на ноге. её ступни помещаются в одной его ладони, она будет расти медленно и мучительно, а её ноги останутся прежними, помещающимися в горсти. дань фэн надавливает на ступни так, что пальцы почти касаются плюсны. её тело ещё мягкое, гибкое, дань фэну кажется, что он ловит угря, но и у этой формы есть сопротивление. под острым углом он чувствует, как рвутся сухожилия. байлу вскрикивает, когда трещит первая фаланга пальца. на второй в ней просыпается ярость. она пытается дотянуться до дань фэна, чтобы его остановить. драконьми когтями она раздирает его лоб и виски, чуть не попав в глаз.
— понимаешь, мудрые люди подобны воде, а доброжелательные — горам. мы с тобой недоброжелательные существа, поэтому мы навсегда наказаны.
дань фэн заматывает восьмёркой бинты, затягивая пальцы теснее к пятке. когда придёт время менять повязку, его уже не будет на лофу. байлу всё ещё в сознании, сжавшаяся, будто замерзающая вода. одним куском метровой ткани дань фэн усмирил будущее стихийное бедствие.
— я вернусь за тобой, когда боль исчезнет.


если ворнинги прочитали не как перечень отклонений, а как тег кинков — вы мой человек. я плохо читаю диалоги. пустоту  знаний лора восполняю фетишами. я не прошу прощения, я прошу о помощи.
в этой вселенной в лофу всё очень плохо с межрасовыми отношениями. прямоходящие обезьяны победили над драконами и насильно вписали их в свой мифологический канон, наделив ролью стихийных околоразумных сущностей, перед которыми сяньчжоуцам наказано пресмыкаться, алкая всякой мудрости да знаний. но фактически видьядхары бумажная ширма, декоративка, призванная служит утилитарным целям партии альянса. они самобытные аборигены, они почва для произрастания человеческой расы. вот такая херня, сталь и живорождение победили над философией, драконы всосали.

чуть больше духоты

я не говорю о какой-то реальной межрасовой войне на лофу, я скорее о культурном доминировании. видьяхары вынуждены уживаться с сяньчжоуцами и поглощать чужую культуру в ущерб своей цивилизации. у них автономия ровно до той степени, пока это не противоречит интересам альянса. контроль за рождаемостью, назначение верховного старейшины извне, ну вот это всё.

ничего хорошего байлу в таком окружении не ждёт. дань фэн кинул свою крошку-дракошку исполнять трудовые обязанности верховного старейшины вместо него. и в качестве гарантии, что байлу его примеру не последует, покалечил, чтоб далеко не убегала (оковы драконьего рога = бинтование. почему? да вот потому что китайцы. я традиционалист).
на внешности байлу я хочу видеть ЕЁ, только ЕЁ, поэтому предполагается  эйдж глам ап

пример поста;

Для глинистой почвы лучше брать штыковую лопату, заточенную как нож. Ею же удобно разрубать мелкие суставы: локтевой, межпозвонковые, лучезапястные; суставы крупнее только ножовкой – зубья звенят, когда натыкаются на кость вместо податливых хрящей и мякоти. Вибрация сопротивления идёт от лезвия к собственной руке. Резать можно только по соединениям костей, иначе никак.
Первый раз он заебался ладонями сгребать осколки голени и ошмётки кожи.

Вечер, чтобы расчленить тело, неделя или даже больше до – найти подходящее место. Он ищет землю, которая никогда не встречала человека, которой не касался плуг или подошва ботинок, в которую не опускали семена, выведенные в результате столетней селекции. Девственную землю, нетронутую, непригодную для эксплуатации и насилия. Поросшая бурьяном, жёсткая и когда в неё втыкаешь лопату — ощущаешь, будто мать глиняными вязкими руками сопротивляется ему.
У такой земли особый звук, у такой есть пульс спящего человека. Тор его слышит, когда щекой прижимается к ней, будто к чужому брюху. Глухим рокотом мама переваривает мертвечину в соль, перегной и торф, слизывает с кости весь кальций, а с мяса выжимает белок.   

Ёрд, ты слышишь, это тебе.

Когда это началось. Наверное, впервые, когда Тор увидел репортаж про кимберлитовую трубку где-то в Сибири -  открытая зияющая рана в теле Ёрд посреди города, многоэтажки, обступающие края язвы. Она как будто лежала на вскрытии с вывороченным наружу кишечником и желудком. По стенкам её внутренностей ползли огромные машины, загруженные рудой — отмершая чешуя её кожи с белыми пятнами гноя. Иногда в них находили алмазы – её застывшие слёзы. Такие происходят от высокого давления, когда так больно, что Ёрд плачет тысячелетиями углеродом.

Тор смотрел, как они проворачивают в матери бур, углубляя увечье до самого центра.
А после Тор заставил Ёрд смотреть, как он проворачивал нож в брюхе какого-то пойманного шахтёра.
Он просто произвёл обмен. Вот тогда это началось.

Тор делает, что она велит, движется, если она позволит, смотрит на то, на что она укажет. Его сознание сходится в точке 60х60х60 сантиметров. Он смотрит на живое, беспомощное, что дал матери. Пальцем он щелкает по лепестку пиона  и с удивлением обнаруживает, что он не осыпается прахом.
Когда Ёрд поднимается на ноги, он остаётся на коленях. Он запрокидывает голову, но видит только равнодушный треугольник подбородка.

— Ты же видишь, я могу быть как ты, — Тор утыкается носом в живот матери, трётся то одной щекой, то другой. Ладонями он обхватывает её поясницу и вжимает в себя, будто пытается прогрызться к её печени, — посмотри на меня. Я учусь быть как ты.

За кисть он перехватывает её руку и тянет к своему лицу, чтобы слизать с её пальцев всю дневную пыль и грязь. Кончиком языка по костяшкам, влажно целует центр ладони. Ему хочется откусить один палец, хотя бы фалангу для себя, чтобы носить в карманах.

Отредактировано Dan Heng (2024-04-21 16:27:43)

+19

65

raze; valorant


https://i.imgur.com/m8cQIBY.png

рейз не любит оставаться одна. мысли становятся слишком громкими, сожаления когтями впиваются в худые плечи, а воспоминания давят на прикрытые веки и яркими несбыточными калейдоскопами рассыпаются. ведь все должно было быть иначе: танцевальная команда, отличные отметки, яркая _ светлая улыбка. но амбиции отравляют кровь похуже запаха табака, следующего по пятам на каждой улице в родном сальвадоре.

несправедливость мира воспринимается персональной атакой, и таяни убеждает себя, что ей необходимо что-то сделать. она возглавляет инициативные группы, оставляет краску на стенах и учится _ учится _ учится. собирает ботов, разбирает их, а потом собирает снова. и тренируется _ тренируется _ тренируется. ей дается все будто бы играючи, даже улыбка остается яркой ( но уже далеко не светлой ) , но сомнения не отпускают ни на минуту.

ведь сколько бы таяни ни старалась, справедливое будущее никак не наступает, а количество смертей на ее счету продолжает неумолимо расти. рейз всматривается в свое отражение в зеркале, но ловит лишь мощнейщий приступ дереализации. неужели она станет той, с кем изначально боролась _ рейз очень-очень страшно, что пройдет годик, другой, и единственным чувством в груди останется лишь презрение к самой себе.

( что, если она совсем не достойна добра и любви? )
( клара обнимает таяни крепко-крепко, но ничего не говорит )

засыпая, рейз часто думает о самых разных если. в особенности, конечно, о том, где не будет необходимости в погонях, спешках, убийствах и раскрытия заговоров. но то, что раньше было планами на будущее, на деле оказалось лишь несбыточной мечтой.

рейз часто просыпается на насквозь мокрой от слез подушек.
и это еще одна причина, из-за которой она не любит оставаться одна.


таяни и клара сильно запутались в своих жизненных ориентирах ( пусть и о по очень разным причинам ) . киллджой больше волнует кровь на собственных руках, а рейз — общая картина мира. рейз, несмотря на боязнь окончательно потерять себя, рвется на каждое задание, потому что у нее пока еще получается убедить себя ( она хороша в самообмане ) в том, что это может что-то изменить. проводя огромное количество времени вместе, они учатся не обращать внимание на разногласия и фокусируются на хорошем. во многом их отношения — всего лишь копинг механизм, который помогает справляться с реальностью. так что это заявка в пару, но с приколом ✊🏻
на фейсклэйме дина денуар, но, если что, альтернативу всегда можем придумать! хэдканоню 24/7, посты пишу в любых объемах ( но лучше 2-4к ) ( и не очень часто ) , графику делаю, в телеге болтать люблю, фотки кошек ( у меня две ) и кружочки с ними присылаю по первой просьбе. так что ты только приходи!

пример поста;

арлекина — наглухо ебнутая ; пьерошке об этом известно было всегда. с того самого момента, когда пальцы впервые переплели и пожелали друг другу доброй ночи.
[indent] но тогда не было нужды этого факта замечать. каждая выходка == приятная трапеза.
[indent] когда кина набрасывается на прохожих, пьеро еле сдерживает смех.

как ты вообще ее терпишь?
тебе точно не нужна по _ мо _ щь?

пьерошку облизывают со всех сторон обеспокоенные взгляды, и в них она нежится будто в до краев кипятком заполненной ванной.
в какой момент все изменилось?

ах да, ей ведь известна и дата, и время, и место. и от этого становится только хуже. что стало с мечтами выбраться из детдома вдвоем, чтобы реальную жизнь покорять. каждая фантазия оказалась фальшивкой, одна общага сменилась другой. реальная жизнь все еще невозможно далека. а крики ее теперь совсем не притворные: жалость пьерошке при таком раскладе необходимее воздуха.

внутренний голос подсказывает, что надо давать по съебам, но глупая эмоция на стыке гордости _ ревности заставляет спиной лишь сильнее утопать в спинке кресла.

в силу воли мальвины я верю побольше, чем в твою, — каждая фраза, произнесенная без сопутствующего всхлипа кажется победой. но пьерошка знает, что не сможет сдерживаться долго: рядом с киной всегда можно было плакать вдоволь. она ласково гладила по волосам и уверяла, что все у них будет хорошо.

вот же незадача: с каждым днем все становится только хуже.

[indent] @pierofan228: малышка, ты как? мы собрали тебе фанатские письма, можно как-то передать?

пьеро улыбается, цепляясь за правильный коммент. вот же! вот оно! люди ее любят, карабас ее любит, значит, мальвина ее обязательно полюбит тоже. пьеро ведь попросту невозможно не любить ( ей так говорила арлекина ) .

знаешь, а ведь мир не сошелся на тебя клином, — в глазах искрятся слезинки, но пьерошка улыбается, чувствуя силу. раньше кина была всей ее чертовой вселенной, так ведь могло и продолжаться. это она ее променяла, а не наоборот. пьеро в целом начала учитывать других людей, только когда поняла, что кине ее мало.

и нет уже больше ни переплетенных пальцев, ни пожеланий друг другу доброй ночи.

есть грустные слезы и есть злые крики. остатки былой взаимности, за которые обе отчаянно показательно стараются не цепляться. ведь если разложить их хрупкую жизнь на детали, то для карабаса они лишь вложение, мальвине и артемону всегда будет достаточно друг друга. простейшая математика, где на правой части равенства они снова вдвоем.

только не у разбитого корыта, а у самого настоящего пепеплища.
пьерошка смотрит арлекине в глаза и хочет лишь одного ; чтобы ты вновь обняла ее покрепче.

Отредактировано Killjoy (2024-04-24 22:24:01)

+18

66

gojo satoru; jujutsu kaisen


https://i.postimg.cc/qR5G35Vh/image.png

» зовёт себя годжо сатору, но все зовут его бить лица;
» бегите, я конченый;
» человек «всем, кому должен — прощаю»;
» инстинкт самосохранения — это whoйня;
» сильнейший маг, но все почему-то уверены, что долбоёб;
» готов помочь, даже если его об этом никто не просил;
» бесплатные сеансы лайф-коучинга, о которых его тоже никто не просил;
» среди нас тут один натуральный блондин;
» все его хотят [убить/переманить/трахнуть/нужное подчеркнуть]
» сегодня опять блистаю;


могу писать много, могу писать мало. могу писать часто, могу писать редко. могу быть активным до пизды, а могу быть не. требовать и дрочить по поводу и без не стану, потому что все мы здесь ради кайфа. по лору я не супер эксперт, но при желании изучу/пересмотрю/почитаю и всё такое. зато нахэдить всякого можно тонну, так что всё обсуждаемо и подгоняемо под личные предпочтения. в общем, порешаем уже по факту. единственное, что попрошу - пример поста (любого, необязательно от лица перса), чтобы прямо на берегу понять, сойдёмся мы или нет.

пример поста;

костя смотрел на джойстик в собственных руках, но истёртые треугольник, икс и ноль почему-то слишком ясно складывались в неприятное взгляду «лох». лохом костя в действительности не являлся, хотя подобные подозрения начали закрадываться с той самой минуты, когда с губ сорвалось легкомысленное «я гей». рассчитывать на благосклонность и понимание со стороны юры было высшей степенью тупизма, потому что юра в ногу со временем идти отказывался, придерживаясь строго консервативных взглядов на жизнь и яростно отвергая любые намёки на возможный прогресс во множестве сфер. взять хотя бы квартиру, которая своим внешним видом больше тянула на музей советской эпохи, куда можно прийти, заплатив символические сто рублей, и полюбоваться на пережиток прошлого. или вспомнить прошлый год, когда костя едва ли не силой заставил татищева выбросить на помойку кнопочную «моторолу» и перейти на более современное средство связи. слушать полифоническую мелодию его звонка становилось почти что физически больно каждый раз, когда тишину комнаты с неожиданной кровожадностью рассекали эти неприятные слуху звуки, а про входящие сообщения костя и вспоминать не хотел, - те приравнивались к средневековым пыткам в десяти случаях из десяти.

в общем, можно было бы попытаться вытянуть юру из излюбленных советских времён, но излюбленные советские времена вытянуть из юры не представлялось возможным. для уралова наиболее простой задачей оказалась бы необходимость сконструировать адронный коллайдер из говна и палок прямо на коленке. ну, или в уме просчитать последовательность фибоначчи до девятьсот восемьдесят седьмого числа, одновременно с тем готовя смесь для блинчиков.

именно поэтому, глядя сейчас на заметно разнервничавшегося татищева, костя всё больше и больше затруднялся ответить, получится ли вообще избежать эти откровенно сомнительные развилки событий, в которых их отношения не смогли бы остаться на прежнем уровне. и всё же хотя бы попытаться хотелось страшно, ведь с юрой было связано слишком многое.

— не видел, — сухо ответив, костя немного приподнялся в кресле и вытянул шею, сквозь завесу потасканного жизнью тюля стараясь разглядеть в нависшем сереющем небе разбушевавшуюся непогоду.

увидеть метель воочию получилось спустя несколько минут. костя, решивший составить компанию и впервые за последние несколько дней травануть организм минимальной дозой никотина, вышел на балкон вслед за татищевым. пачку по дороге сюда он, получается, купил не зря.

с высоты пятого этажа, на котором жил юра, город, затянутый мутной пеленой снежной стихии, выглядел до странного загадочно. расколотый множеством огней, перемигивающихся между собой, тянущийся многоэтажками к нависшему небу, но под ногами расплывающийся потоками фар, за которыми уралов лениво следил, но к припорошенным снегом грязным перилам не притрагивался. в отличие от татищева, которого ничего не смущало.

зябко поёжившись, костя пришёл к выводу, что вернуться в екатеринбург погодные условия ему действительно не позволят. и закурил, чиркнув зажигалкой несколько раз подряд.

— по-старому, юр. я не говорил, что что-то изменится.

хотя, разумеется, в тайне уралов на это очень надеялся. надежду эту питала блеклая мысль о том, что татищев не стал развивать тему в сторону выдуманных костиных отклонений, которых на самом деле и не было никогда, просто выбор он вот такой сделал в пользу мужчин, а не женщин. по собственной воле сделал, а не из-за того, что его прокляла какая-нибудь бабка, которой костя где-то, когда-то по неосторожности не уступил место в общественном транспорте.

юра смотрел так обжигающе выразительно, что у уралова на секунду перехватило дыхание. застрявший в грудной клетке табачный дым обжёг лёгкие, и тот едва не прокашлялся, но быстро выпустил серое облако через нос, едва заметно поморщившись.

— я останусь с одним условием, — хрипловатым голосом произнёс костя, вскользь глянув на наручные часы, — на диване спать не буду. там пружина прямо в спину давит, боюсь заработать остеохондроз.

+11

67

criston cole; a song of ice and fire


https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/588/660474.png

белое вымарывается в грязи. сир кристон смотрит на полы плаща и видит как кровь расползается по ткани все выше и выше. в голове набатом звучит: я клянусь хранить короля всеми силами. отдать за него свою кровь. я не возьму ни жены, ни земель, не буду отцом детям. я буду хранить его тайны, выполнять его приказы, сопровождать его, и защищать его имя и честь. [клятвы попраны из-за рейниры]

сир кристон поднимает свой меч: деритесь юный принц, деритесь отчаянно, не жалейте себя, ибо я вас не пожалею. сир кристон не лжет, сир кристон всегда добивается превосходства. эйгон недовольно потирает больное плечо, синяк расцветает алым бутоном у него на половину спины, эймонд трет покалеченное запястье. мейстер говорит алисенте, что такие уроки могут навредить здоровью ее сыновей - эймонд прерывает чужие увещевания и встает с сиром кристоном рядом. плевать на сломанное ребро, плевать на удары; если не быть лучшим, то зачем тогда быть? второй принц королевы и без того калека, жалость в глазах окружающих ему противна ровно настолько, насколько радует отсутствие жалости кристона.

рыцарь королевской гвардии прочно стоит на зеленых ветвях, нож втыкается в горло лимана бисбери, кровь пачкает латы и оставляет кляксы на белом плаще. боль, разочарование, ненависть черным пламенем пожирают кристона изнутри; он вкладывает их и в эймонда - после семена зреют в самой благодатной из почв. не его это вина, что пришлось выбрать сторону, что железный трон коварен и лжив, что таргариены презирают законы. сир кристон защищает тех, в ком видит просветы, кто еще не прогнил до конца.


приходите и приносите пост с собой сразу. все пожелания с обеих сторон обговорим в лс.
кратко о главном:
- никакой ты не дорниец, это все враки;
- яжебать, яжебрат, яжедруг, яжедесница, но не для эйгона, а для эймонда;
- хранит секреты королевы, хранит секреты ее детей (но не всех, а только тех, кто нравится);
- двойные стандарты складываем сюда;
- человек не плохой. но не хороший.
- говорит "кхалииисиии", когда эймонд говорит: "у меня есть большой дракон, я полечу и разъебу их всех нахуй";
- у нас месилово с черными, коль, у меня на тебя много планов.

пример поста;

я беру в руку факел и чувствую пьяный жар.

я предам их тела огню
чтобы выпытать
где ты.

на пути к орлинову гнезду от грачиного приюта замки горели. фитили дома ваксли, редфорт, железная дубрава уэйнвудов. в долину, принесшую присягу рейнире таргариен, эймонд нес только пламя и смерть. он обогнул речные земли, уходя от прямого столкновения с армией черных, пока сир кристон, занявший место десницы, собирал войска для атаки, пауза, образовавшаяся из-за перегруппировки войск, длилась недолго. вести о том, что дети принцессы-шлюхи и ее мужа-предателя были отправлены к арренам, быстро достигли столицы.

я полечу за ними, - сжав плечи хелейны, тихо проговорил эймонд. сестра, раздавленная смертью первенца, была похожа на бледную тень от прежней себя. она выцвела, скорбя о джейхейрисе, отводила взгляд от мейлора, ее тонкие запястья стали похожи на хрупкие веточки. - и отомщу за смерть сына. (твоего) (нашего) тело джейхейриса было сожжено в пламени по традициям дома, его прах был развеян, но утрата все еще жгла эймонда, она же до костей обуглила  и хелейну. новый защитник державы, принявший на себя титул и корону взамен эйгона, поцеловал сестру лишь раз, коснулся дрожащих ресниц губами - та слабо выдохнула в ответ.

малявка бастард, девчонка порочного принца должны были сполна расплатиться за смерть маленького наследника, и если даже их тела не украсят ворота красного замка, то хотя бы на долгие годы они окажутся заточены в темницах, станут ударом для всех, кто встал под шлюшьи знамена.

[indent][indent][indent][indent][indent][indent][indent][indent] [ и замки стали гореть]

сидя на вхагар, глядя с высоты на то, как воспламеняются соломенные крыши и горящие люди выбегают из своих домов, эймонд чувствовал лишь черную пустоту. крики забирались сквозь уши в грудную клетку, бились эхом о своды ребер, вхагар вторила им и огонь сначала разгорался внутри, оплавляя седельные цепи, а после проливался потоком на головы. эймонд не щадил врагов короны, перед ним волной шел ужас, чтобы сука-аррен прекрасно знала кто наступает к неуязвимому с земли замку. как когда-то королева висенья преодолела все защитные форпосты, так и эймонд на крыльях все той же вхагар, снова шел войной к горным лордам. дым закрывал голубое небо, черные столбы мешались с облаками, передавая сигнал, но огонь - это благородная смерть, драконье пламя быстро лишает жизни, он не мучает часами агонии, он не заставляет матерей выбирать кем из сыновей жертвовать, убивая одинаково и богатых, и бедных, и родителей, и детей.

вхагар трижды облетела копье гиганта, давая возможность арренам выйти навстречу. эймон приказал дракону снижаться и ее мощные лапы рухнули на внутренний двор, снося хвостом несколько камней старинной каменной кладки. места для могучей самки было мало, она  повернула голову, переступив с ноги на ногу, и эймонд наконец увидел перед собой леди джейн.

она была моложе, чем думал защитник державы. скуластое лицо, темные волосы, несколько прядей седых волос и гордый разворот плеч. эймонд с удовольствием скормил бы ее своему дракону, но вместо этого лишь оперся локтем на собственное колено, глядя сверху вниз на  несчастных копейщиков, выставивших вперед свои палки, словно они могли хоть как-то ранить вхагар.

[indent][indent] - я пришел за бастардом стронгов и за своей кузиной рейной. - тонкая улыбка расползлась по губам, таргариен выгнул бровь, изучая чужие лица. - преклоните колени перед истинным королем семи королевств и отдайте моих родичей, а взамен я пощажу ваши жизни, леди аррен. тогда замки долины перестанут гореть.

равноценный обмен. куда лучший, чем все, что они заслужили за измену. эймонд дал на размышления женщине несколько драгоценных секунд, но вхагар все равно нависла над людьми, выдохнув нагретый воздух из своего чрева, словно предупреждая о бесполезности сопротивления, а заодно поторапливая в принятии решения.

[indent][indent] - принца джоффри здесь нет, - наконец произнесла аррен, так и не опустив свои колени к земле. эймонд в ответ недовольно скривился. все краткое терпение уже подходило к концу, гнев медленно расползался по жилам, вытесняя собою кровь.

[indent][indent] - но рейна здесь, - догадливо ответил он, пальцы крепко сжали ручку седла. - ведите девчонку, леди, пока еще живы.

пустых обещаний давать не хотелось, клясться, что мелкая веточка паршивого семени останется в живых было бесполезно. эймонд успел заслужить свое прозвище, дважды убийцей родичей его уже не смогут прозвать, да и не поверил бы никто, что смерть люцериса была смесью досадной случайности и провидения богов. если рейне будет суждено упасть с высоты, пока они будут лететь в королевскую гавань, то так тому и быть.

аррен тем временем кивнула головой, чтобы один из рыцарей вернулся в замок, видимо за девчонкой, а вхагар, внезапно вскинула голову выше и зарычала, привлекая внимание. все, кто был во дворе, с надеждой подняли глаза к облакам, но только эймонд различил едва заметную темную точку на фоне солнца. вхагар зарычала снова, вспарывая землю под своими лапами, эймонд цыкнул недовольно, заставляя драконицу повернуться, поднимаясь выше на одну из башен гнезда. кто-то внизу истошно заорал, видимо придавленный лапой или хвостом. очертания дракона на свету расплывались, мешая рассмотреть детали, но это не был караксес, чье змеиное тело таргариен распознал бы из тысячи прочих, мелеис уже издохла, а для вермитора так и не нашлось достойного всадника. прочие же драконы не могли сравниться с вхагар. эймонд криво и злорадно улыбнулся, давая возможность отчаянному заступнику подлететь ближе, аккурат настолько, чтобы драконица выпустила пламя в сторону нового гостя.

+10

68

garen; legaue of legends


https://forumupload.ru/uploads/0011/d2/31/2/744086.png

ПРОСНУТСЯ СНЫ ВЕСНЫ ОБМАН ДЕЛИТЬ НА НОЛЬ
КОСТРЫ В КАРМАНАХ РАДУГИ ЗУБНАЯ БОЛЬ

демассийская сталь закаляется в бесконечных битвах за территории. по венам гоняется горячая кровь, мышцы набухают и рвутся на тяжелых тренировках. гарен не видит ничего в своей жизни, кроме бесконечной вереницы сражений, утягивающих его в болото кровопролития и бесконечного насилия. он сам выбрал этот путь - ему так кажется, так он себя убеждает, просыпаясь в очередной день от кошмарного сна. на самом деле, семьей краунгардов все выбрано было давно и заранее. печать на первого сына была поставлена далекими предками на годы вперед. теперь остается только убеждать себя в том, что это твой выбор.

борьба с магами набирает все большие обороты, разрывает государство в клочья, вносит смуту и сеет страх у местных жителей. все это беспочвенно и почти бездоказательно, но нужно поддерживать текущую власть. гарен не задает вопросов, не любит задумываться о правильности поступков, является инструментов в руках власть имущих. универсальный солдат, с множеством навыков и отличной боевой подготовкой. он облачается в доспехи, защищающие его от магии, чтобы еще более уверенно разрезать плоть неверных в ожесточенных боях. это все еще твой выбор?

место капитана авангарда само идет к тебе в руки, после кончины очередного предводителя. а кто, если не ты? сильный, уверенный, виртуозный боец, приверженец идеалов и само их воплощение? окружающие видят в тебе красивую картинку, которая будто бы сошла в реальный мир со страниц легенд и сказаний. гарен идеально отыгрывает свою роль, хоть и сама мысль об этом ему противна. он все еще надеется, что все идет по его собственному сценарию, а не тому, что для него приготовил кто-то другой. для него будто бы нет богов и сущностей. для него все магическое и сверхъестественное должно быть уничтожено или погребено в оковах под стражей. но рано или поздно все оковы трескаются и разрушаются, и ты наглядно увидишь это раньше, чем думаешь.

pov от лица люкс

реальность оборачивается гнилым мясом, но гарен учится избегать двусмысленных бесед ещё с тех пор, как впервые открывает рот. запах впитывается в одежду, в кожу, в волосы; он возвращается домой с рваными, как будто случайно, концами, изуродованными первым попавшимся ножом. не отпускает. неловкость решений болтается между ними виселицей. гарен, по привычке, лезет первым. так поступают старшие.

люкс не нужно рассказывать, чтобы он понял. люкс не нужно извиняться, чтобы он простил. всё это происходит плавно, шаг за шагом, ему достаточно лишь коротко кивнуть и понадеяться, что дела придут в норму. как раньше уже не будет. свет её способностей выжигает на его лице запоздалое снисхождение. братская любовь слепит глаза, заводя отношения в неминуемый тупик. гарен не хочет слушать, потому что слова люкс уже давно не имеют ничего общего с долгом.

он бы хотел сказать сестре, чтобы она заткнулась, но более мягко, чтобы не ранить. голоса в голове пересказывают все его ошибки, подчеркивая места, где он сдал позиции. не справился. даже если люкс и права, гарен это не признает. даже если он и продолжит защищать её со всей своей решимостью, люкс вряд ли скажет спасибо. её детский герой не по своей воле превратится в охотника из кошмаров, обреченного извечно следовать устаревшим идеалам.

вот только кровь, хочет он того или нет, гуще любой магии.


давайте разрушать стереотипы о том, шо на русфф не существует классного и большого каста лиги, так шо присоединяйтесь и усиляйте нас. у нас тут междусобойчик, в который с радостью я готов затянуть гарена. заявка подразумевает лавхейт, построенный на ненависти к магам, кризисе ориентации, надломе идеалов и всем прочем, шо будет крошить мир гарена руками сайласа. можем забуриться еще и в любые аушки на ваш вкус, если будет на то желание + всякие альтернативные ветки скинов позволяют скакать по всяческим мирам сколько угодно. мы играем с фанкастами и на гарене мне видится генричка кавилл вот в таком или таком образе. по постам я пишу лапсом около 3к, скорость варьируется и настраивается персонально под соигроков. в общем, если заинтересовало, то приходите кайфовать.

p.s. описание отношений в одном скрине
пример поста;

артур молча наблюдает, как и привык за последние несколько лет. просто вписывает себя в картину мира невольным свидетелем всего происходящего. смотрит пристально, поджимая сухие губы и щуря глаза. в тенях передвигается, как будто вампир, боящийся выбраться на солнечный свет. он к тени привык, ему здесь больше не холодно, не одиноко и не страшно. деревья сменяются одно за другим по уже знакомому маршруту назад и вперед.

он уже даже не скажет, сколько времени провел на этом кладбище, но до секунд может посчитать, только если этого потребует ситуация. но пока все складывается так, что никто не спросит его, как долго он бродит. никто не узнает, кого он высматривает среди холмов-надгробий. никому не интересно, что он здесь забыл.

в шелесте листьев он пытается расслышать что-то с безопасного расстояния. но ему слышны лишь только завывания дворовых собак и пересуды пожилых пар, что кряхтя передвигаются от одной могилы к другой. артур их игнорирует, все его внимание приковано лишь к одной недвижимой фигуре, что склонилась над землей вдалеке.

уизли улыбается, глядя на нее. взгляд теплый и светлый, но есть в нем что-то, что, как он надеется, сибилла никогда не увидит. в нем есть желание. надобность обладать и привязать к себе. он уже делал так раньше, и прекрасно знает сценарий для их будущего. но ей его пока знать совсем не обязательно. она может и должна жить в сладком неведении, которое шлейфом сладких духов будет продолжать тянуть ее к нему, пока ловушка не захлопнется.

артур следит за ней, ловит каждое движение. вспоминает, как та выглядит, вырисовывая в голове образы самые разные. ему хотелось бы увидеть ее такой, какой она не бывает на людях. той, что бывает только за закрытыми дверьми у себя дома. но пока он может лишь представлять. размазывать по своим мыслям свои желания и ждать. за эти годы волшебник научился смирению, научился планировать и тянуть время во все нужные ему стороны.

что же ты делаешь здесь, сибилла?

может, она пришла на могилу погибшего парня?

или мужа?

что? нет, вряд ли у нее кто-то был... она ведь такая...

чистая... наивная...

что? нет, называть ее наивной глупо. с ее то даром тяжело быть легкомысленной. наверное.

хотелось бы мне узнать тебя ближе... сибилла...

он смакует ее имя на языке, гоняет его из стороны в сторону как жевательную конфету. берти боттс с любым вкусом. какой вкус был бы у сибиллы? артур проникается в свои мысли гораздо глубже, его переполняет желание подойти поближе, но он боится ее спугнуть. хотя в голове уже прокручивает сотни сценариев, что бы он мог сейчас сделать. будь они в каком-нибудь романе фифи лафолл, он бы подошел к ней сзади, обнял и прошептал какие-то в меру грязные и возбуждающие слова. от подобных фантазий его дыхание становится чуть более сбивчивым, а рука поправляет брюки в области ширинки. он хотел бы быть героем такого романа. но увы, жизнь артура уизли не чтиво для домохозяек.

да, он почитывает дамские романы в перерывах между маггловскими книгами про машиностроение и руководствами по заколдовыванию метел. и что с того? он же не хочет больше совершать ошибки прошлого. ему где-то нужно научиться, как не испоганить все очередной дурацкой идеей. и нет ничего зазорного в том, чтобы вдохновляться вымышленными героями.

черт, черт, черт.

артур ловит на себе взгляд сибиллы, которая зачем-то решила помотать головой. ему становится жутко неловко, но одновременно продолжают рождаться вселенные и истории, которые он бы сейчас рассказал, чтобы отвадить подозрения в том, что он здесь ради нее. ноги сами несут его вперед к девушке. отпираться уже поздно, как и делать вид, что он здесь залетный гость.

что ей сказать? что я, вообще, здесь делаю?

- хээй... привет... увидел тебя издалека, не хотел мешать, - слова иногда сами рвутся наружу и это черта, которую артур так и не может научиться контролировать, - я тут... эм... в общем, навещал своего сына. ну, то есть его могилу. а ты?...

артур замечает ее шарф, поддающийся потоку ветра. не в силах сдерживаться он подходит поближе и поправляет его, на секунду задерживая взгляд на ее прекрасной тонкой шее, которая манит его к себе. вовремя одернувшись он не дает себе надолго залипать в неприличном взгляде и отходит.

- холодно. как тут у тебя с... эээ... генрихом? - артур переводит взгляд на могилу, с которой считывает имя.

кто такой этот генрих? кто он для нее? неужели умершая любовь?

хорошо, что умершая.

да и как-то староват он. может, она любит совсем постарше?

+11

69

thomas zane; alan wake


https://i.imgur.com/kMHQksj.png

YOU KICKED OUT THE STAGE LIGHTS
BUT YOU'RE STILL PERFORMING




зачеркни, перепиши, дополни, сожги все в печи и начни заново; хочешь — будь указующим перстом, поддерживающим голосом у правого плеча, знаком свыше. а хочешь — заведи прямиком в ад. у тебя есть все ресурсы этого мира, который ограничен лишь размахом твоего вдохновения, лишь стенами номера-люкс в отеле, лишь пределами бездонного озера. обреченный (благославленный?) спускаться все ниже и ниже по спирали — и уже даже интересно, когда это все закончится. main character syndrome тебе точно не грозит — и даже как-то немного обидно.

lights camera bitch smile — бесконечный цикл повторений, гудящий белым шумом лимб с привкусом апероля и обезболивающих. искусство имитирует жизнь или жизнь имитирует искусство? ты пишешь историю или история пишет тебя? а есть разница? плохой конец — прискорбен, хороший — безрадостен. и как ни бросай монетку, а все равно выпадет орел. ловушка, в которую сам же себя и загнал — и в итоге страдать вместе с тобой обречены все. лесенки стихотворных строф грозят переломать ноги всем, кто будет спускаться по ним без должной осторожности. красный огонек видеокамеры выжигает сетчатку, клацанье хлопушки отсчитывает метрономом где-то на фоне — есть только одна попытка, чтобы сделать удачный дубль, но потом все равно придется переснимать заново.

Джульетта посылает Ромео к черту, Леди Макбет становится королем, а Розенкранц и Гильденстерн умрут в любом случае. все не то, чем кажется — калейдоскоп меняет свой узор при каждом движении секундной стрелки, при каждом щелчке кликера. чтобы победить бездну — нужно самому стать бездной.


Î̵͕ ̷̩́C̴̨̀U̷͎͐Ŗ̸̀S̸̻̅E̶͈̒ ̷̣̅Y̶̠̊Ö̷̘́Ȗ̷̝ ̶̥̈́T̶̯̈Ȟ̷̫Ō̷̡M̶͎̈́Å̶̫S̸̯̕ ̶̼͐Z̵̲̏A̵̙̾N̷̩͒É̵̩


чуз йор дестини

https://i.imgur.com/SudApPS.png

вся эта графомания сверху - всего лишь вайба ради, гораздо больше смысла именно в прикрепленном мемасе. каким именно будет ваш Том Зейн - это уже решать вам. природа его неоднозначна и двойственна (тройственна?), развить этого персонажа можно как угодно - благо, что запутанный лор более чем позволяет это. a diver? a director? a poet? none of the above? расщепленный на несколько ипостасий или перемолотый темнотой до неузнаваемого состояния? мы будем рады любому варианту и подхватим что угодно.
нас тут небольшая приятная делулу компания - ну и для полного комплекта не хватает еще одного человека с внешкой Илкки Вилли. в любом случае, без дела не останетесь!

пример поста;

– Слушай, говорят, его видели в клубе Loosie’s. Это в Сохо…
– Барри… – начинает было Элис, но тут же чертыхается себе под нос, замечая, как вода проливается мимо стакана. Она пытается сделать глубокий вдох, но почему-то получается с трудом – Элис отставляет графин в сторону и тянется за салфетками.

Она толком не знает, что хочет ему сказать –
Барри, ну и зачем ты мне это говоришь? К чему мне эта надежда, от которой все равно потом вскрыться захочется?
Барри, мало ли кто кого где-то там видел – мне тоже постоянно кажется, что Алан маячит где-то на периферии, каждую секунду. В метро, в очереди в кофейне, в супермаркете, в лифте, во всех зеркальных поверхностях – Барри, ты понимаешь, насколько все плохо?
Барри, давай про что-нибудь другое, ладно? Лучше расскажи, как там твоя работа, чтобы я все забыла спустя уже минут двадцать, потому что зациклилась на том, как натираю до блеска мраморную столешницу.

– Элис, ну а вдруг? – в ответ на это она чуть хмурится, сосредоточенно вытирая пролитую воду, и комкает салфетку в ладони. – Я все еще на связи с шерифом из того городка, они не прекращают искать.
– За столько времени они бы уже могли хоть что-то найти, – получается как-то слишком резко, интонации собственного голоса срываются куда-то в пропасть, и Элис ужасно хочется закончить этот разговор.

Это происходит каждый раз – как будто земля уходит из-под ног и обманчиво неизменная прямая скручивается в спираль, утягивая куда-то на дно.
Видимо, сегодня один из таких дней – и Элис думает о том, что лучше бы она не поднимала трубку.

По крайней мере, сейчас ей уже куда реже снится тот сон –

– сон в котором она стоит по пояс увязшая в непроглядной темноте и озерном иле и какой-то нечеловеческой силой удерживает Алана под водой сжимает пальцами его шею и давит давит давит пока Алан тщетно пытается вырваться и в ушах стоит плеск воды и его задушенный крик и птицы орут прямо над головой

Так много людей обвиняли ее в том, что случилось – и в какой-то момент Элис действительно начала верить. Благо, что она так и не видела эти первые полосы всех таблоидов, которые тиражировались в каких-то невероятных количествах – каждый заголовок краше предыдущего, прямая путевка то ли в дурдом, то ли на дно того самого озера с карманами, полными камней. Скатываться по спирали в это удушающее чувство вины было как-то даже по-мазохистски приятно. Первые полгода примерно так и прошли – в каком-то безвременном лимбе, в котором из живого были только эти сменяющие друг друга эмоции. Неверие, страх, вина – и снова по кругу, все ниже и ниже.
У Элис нет ощущения, что действительно прошло уже целых два года – временные рамки стерлись за ненадобностью; как будто так немного легче, когда не цепляешься за эти зарубки, не спотыкаешься о даты, не задумываешься о том, сколько на самом деле ты живешь (?) в таком состоянии.

[диктофонная запись №62]

– Барри недавно звонил. Сказал, что кто-то из его знакомых видел человека, похожего на Алана. В Сохо, в каком-то клубе. Это уже не первый раз, конечно – Барри даже одно время платил какому-то частному детективу, чтобы тот попытался нарыть какую-то информацию, но… Ничем это в итоге не закончилось. И я не понимаю, что мне теперь делать с этим чувством надежды. Я уже знаю, как это бывает – тебя швыряет то вверх, то вниз, от полного нежелания жить и порыва вот прямо сейчас выйти в окно и до… И до искренней веры в то, что все действительно может стать, как прежде? Этот дурацкий трепет внутри, который все равно будет задушен и растоптан. Лучше бы Барри не говорил мне этого.

<…>

– Это ужасно, но мне было бы куда легче, если бы я точно знала, что Алан погиб. Если бы я увидела его тело. А так я как будто вдова без могилы, на которую можно было бы прийти. И мне очень хочется цепляться за эту надежду, но мне так страшно от того, какая может быть потом отдача. А она будет, всегда бывает. И я как будто перманентно существую между этими двумя состояниями – желанием не терять надежду и верой в то, что Алан все-таки жив, и этой невыносимой усталостью от нескончаемой неопределенности. И желанием, чтобы все это, наконец, разрешилось – уже неважно, как именно.

<…>

– А еще, когда Барри рассказал, что будто бы кто-то видел Алана в клубе, я вдруг почувствовала… Злость? Даже сама удивилась, но это была самая настоящая искренняя злость. Потому что, если представить, что это действительно был Алан – то какого черта он делал в клубе? Будет смешно, если это действительно был он. Хотелось бы мне однажды и вправду над этим посмеяться.

Отзвук собственного голоса проваливается куда-то в тишину квартиры. Поначалу он казался слишком громким, как будто бы Элис пыталась компенсировать отсутствие еще одного. Она не знает, для кого делает эти записи, но так хотя бы получается разгрузить собственную голову, в которой перманентно мельтешат самые разные мысли. Особо не с кем сейчас с ними делиться – а с некоторыми из них Элис и сама пока не может толком примириться.
Может, однажды она все это сотрет. Этот диктофон остался еще со времен студенчества – все надписи уже давно стерлись, да и кнопка периодически заедает.

Привыкнуть к тишине было сложно. Сложно было не пытаться выискивать в ней какие-то знакомые отголоски – скрежет стула по полу, клацанье печатной машинки, его шаги, когда он шел на кухню, чтобы поставить чайник, как щелкала задвижка, когда он открывал нараспашку окно в своем кабинете –

как щелкал его ключ в замочной скважине.

Из полусна вытаскивает этот знакомый звук – Элис открывает глаза и резко садится на постели, тут же невольно вздрагивая, когда горящий торшер в углу вдруг моргает с едва различимым треском.
В тишине квартиры малейшие звуки обостряются в несколько раз – первое время Элис дергалась от всякого шороха, который словно отдавался кувалдой в ушах. И сейчас ей кажется, что это все просто в ее голове. Элис замирает, задерживая дыхание, не сводит с едва приоткрытой двери взгляд – и отчетливо различает в этой тишине отзвук шагов и какой-то грохот, заставляющий вздрогнуть.
Она нервно поправляет ворот алановой футболки и едва слышно вылезает из постели.

В голове – примерно с десяток самых катастрофичных вариантов. Неужели кто-то мог проскочить незамеченным мимо консьержа и пробраться в квартиру? Паника сжимается где-то между ребер, и Элис думает о том, что из оружия у нее здесь только складной нож, лежащий в ящике прикроватной тумбочки. Уж лучше, чем ничего.
Она пытается ступать неслышно, сжимая нож в ладони так сильно, что рукоять больно впивается в кожу.

А потом слышит –

Элис?

– и ей кажется, что ее будто ледяной водой окатывает.
Это точно только в ее голове – но теперь вместо звуков ей чудятся голоса. Голос.

Путь от кровати и до двери по ощущениям занимает целую вечность.
Все так же сжимая в ладони нож, Элис открывает дверь – взгляд цепляется за то, как поток света из комнаты расчерчивает пол. А затем натыкается на носки чужих ботинок.

Ей страшно поднять взгляд, но рефлексы сильнее – и в полумраке коридора эти черты она можно распознать безошибочно.
– Алан?

Сердце колотится где-то в горле, и даже вдохнуть не получается. Элис делает несколько шагов – пальцы скользят по дверной ручке, которую она до этого оцепенело сжимала – а потом еще несколько, один два три, пока расстояние не становится минимальным настолько, чтобы точно можно было убедиться: нет, не кажется.

– Господи, Алан.

Она обнимает его так крепко, словно он вот-вот растворится в воздухе и исчезнет. Но проходит секунда, вторая, третья – Элис утыкается носом в его плечо, зажмуривая глаза, и запоздало понимает, что все еще сжимает нож в руке. От этого вдруг становится так смешно, но вместо этого она чувствует, как слезы обжигают щеки.

– Алан, как?

Она не знает точно, о чем именно спрашивает – как так получилось? как ты спасся? как может быть, что прошло два года, что с тобой было все это время?
Но это и не важно.

Отредактировано Alice Wake (2024-05-16 00:52:02)

+15

70

abby anderson; the last of us


https://i.imgur.com/RCsidYt.png

I AM SICK OF THE CHASE BUT I'M HUNGRY FOR BLOOD
AND THERE'S NOTHING I CAN DO



и кажется, что станет легче. кровь за кровь, разве нет? разве не так теперь все работает в этом мире? а другого ты просто и не знала. не жизнь – а сплошное преодоление. поэтому и приходится сбиваться в стаи, чтобы преодолевать было чуть проще. приходится выискивать пути, изворачиваться, идти напролом – снова и снова и снова. и надеяться – даже когда это кажется максимально абсурдным.

в тот день надежда мелькнула ярким огоньком – и почти сразу же затухла, оказалась растоптанной, впечатанной в покореженный асфальт утратой такой силы, что, казалось, сердце вот-вот проломит грудную клетку и вырвется наружу. в тот день от надежной крепости остался только хруст обвалившейся штукатурки под подошвами кроссовок и дыра внутри размером с Марианскую впадину. это чувство засело внутри, впилось намертво, вросло во все органы похлеще кордицепса – зона поражения в разы больше и урон как будто куда значительнее. отключившийся мозг был бы в этом случае спасением – по крайней мере, не пришлось бы тратить практически каждую секунду своего существования на взращивание внутри этой выжигающей ярости.

и, может быть, после стольких лет и рада закончить эту главу, перелистнуть страницу, захлопнуть книгу и сжечь ее в костре – но в ушах все еще зудит вой сирены, все еще звучит собственный задушенный вой, когда увидела безжизненное тело отца. и действительно кажется – станет легче. вся эта гонка закончится, и можно будет наконец отпустить.

кажется, что клюшка для гольфа совершенно ничего не весит – ощущается какой-то игрушкой (почему именно клюшка? откуда она взялась?).

закон сансары неумолимо поведет по бесконечному кругу, обовьется плотным узлом вокруг шеи и задушит до смерти.


думаю, не нужно расписывать в подробностях, кто такая Эбби Андерсон. у нее своя личная драма, растянувшаяся на несколько лет — и именно поэтому ее нельзя назвать антагонисткой. мне кажется, в контексте вселенной TLOU разделение на «хороших» и «плохих» не работает от слова совсем (а нам и так хватает бесконечных тредов в твиттере о том, виноват Джоэл или нет, duh).
Эбби сильная во всех смыслах. ее принято не любить — но у нее своя правда и своя цель, к которой она непоколебимо идет. правда, большой вопрос, стало ли ей самой легче после своего долгожданного акта отмщения — кажется, что нет? и, наверняка, она не раз и не два пожалела о том, что тогда оставила Элли в живых — потому что мы знаем, чем это в итоге обернулось. в конечном итоге, она тоже, как и Джоэл, сделала свой выбор — и потом же за него и поплатилась.
на самом деле, тут можно копаться очень и очень долго, рассматривать ее историю с разных сторон — и именно этим, как нам кажется, этот персонаж и интересен. поэтому мы хотим в какой-то степени встряхнуть канон — замутить ау, в котором у нас будет чуть больше интеракций, чуть больше психологизма и чуть больше стекла (потому что без него никак). как бы ни была прекрасна и стекольна вторая часть, но просто играть по кат-сценам не очень интересно, так что у нас есть уже некоторые варианты альтернативного развития событий, мы будем только рады все обсудить-обмозговать — возможно, и у тебя будут какие-то идеи. мы вообще ребята сговорчивые — очень любим как игру, так и сериал, так что хотим и в плане отыгрышей создать тоже что-нибудь такое же классное. Эбби очень сложный и многогранный персонаж, так что будем рады видеть того, кто ее любит и готов рисерчить и разбирать на атомы ее характер.
заходи с ноги в гостевую, мы будем тут как тут!

пример поста;

Когда Элли спрашивает у Джоэла, кто такие Билл и Фрэнк, первые секунды три тот многозначительно (растерянно?) молчит. Молчит он, на самом деле, большую часть времени, и поначалу это бесит – звенящие нервы-растяжки грозят вот-вот лопнуть, и это каждый раз лотерея: кто взорвется первым? Хотя, на самом деле, Джоэл не взрывается – пока что. Он просто смотрит своим тяжелым взглядом, который красноречивее всяких слов – будь его воля, то Элли уже бы давно лежала со свернутой шеей где-нибудь в подвале. По крайней мере, Джоэл выглядит как человек, который вполне себе способен на это.
Хотя, после того, как Тэсс… Короче говоря, Элли самой не до разговоров – по крайней мере, первые пару часов так точно. Ей не хочется думать о том, что, не будь ее, Джоэл и Тэсс не вляпались бы во все это дерьмо – но эти мысли в голову так и лезут. Так или иначе, но они ведь сами согласились на эту авантюру, разве нет? Однако палящее солнце делает только хуже, и эти навязчивые мысли буквально разъедают все внутри. Элли кажется, что это чертовски несправедливо – если так подумать, то даже от той же Тэсс могло бы быть куда больше пользы в масштабах всего загнивающего человечества, пока она сама – носитель сомнительного иммунитета – совершенно ничего не умеет и таскается балластом за другими.

Марлин сказала, что в Элли кроется спасение всего человечества. Именно так и говорила (уже после того, как несколько недель подряд задавала прикованной к батарее Элли одни и те же вопросы – имя, фамилия, посчитай до десяти и обратно) – и эти слова вызывали лишь нервный смешок. Создание вакцины звучит для Элли примерно так же, как полет на Луну – да и то второе людям уже удавалось провернуть. В школе такому не учили, и поэтому она понятия не имеет, как из нее собираются доставать эту вакцину – и сколько вообще понадобится времени, чтобы ее создать.
Почему-то кажется, что в нынешних реалиях по уровню невероятности это сравнимо со строительством космического корабля.
Но Марлин настолько вбила эту идею ей в голову, что в какой-то момент Элли перестала думать об этих незначительных деталях. В конце концов, главное добраться до лаборатории – а там уже ученые разберутся. Ведь так?

Но в ушах до сих стоит гул взрыва – и, кажется, что это не солнце палит, а обжигающее тепло пожара.
В тот момент Джоэл не стал тратить много времени на раздумья – просто сжал ее руку и потащил за собой (и сейчас запоздало поражает, с какой непоколебимой решимостью он это сделал). Элли понимала, что в этой кошмарной ситуации другого выхода и не было – вообще без вариантов, Тэсс обречена – но это все равно казалось чем-то до жути неправильным.
Но, с другой стороны, а как иначе?
Да никак.
И Элли уверена – если подвернется возможность скинуть ее кому-нибудь другому, Джоэл непременно этой возможностью воспользуется.

Дорожная пыль хрустит на зубах. Кажется, что она уже везде – за шиворотом, в карманах, в кедах. И в какой-то момент Элли стаскивает с себя куртку, потому что жарко уже до невыносимого.
С другой стороны, такая прогулка все еще лучше, чем уроки физкультуры в школе – никто позади не подгоняет и не заставляет бежать со всех ног.

В конце концов, она вообще-то снаружи – и этот факт до сих пор проблематично осознать. Обломки самолета, раскиданные по полю, кажутся диковинным экспонатом в каком-нибудь музее – а рассказы Джоэла о том, что раньше на этой штуке действительно можно было куда-то улететь, вызывают искреннее удивление.
Человеческие скелеты, лежащие неподалеку у дороги, уже таких чувств не вызывают.

– Долго еще идти? – спрашивает Элли, и не надеясь получить ответ – скорее, просто пытаясь разбавить очередную долгую молчаливую паузу. Она и так уже заранее примерно знает ответ – достаточно посмотреть вокруг и понять, что ничего похожего на обжитое людьми место в радиусе пары километров точно нет. Сколько они так уже тащатся – тоже непонятно, и Элли вовремя вспоминает, что часы у Джоэла сломаны и спрашивать у него время бесполезно.
Так и просится следующий логичный вопрос – а ты вообще уверен, что эти Билл и Фрэнк все еще живы? Но озвучить его она так и не получается – хотя, вопрос этот и так висит в жарком воздухе.
Про Тэсс тоже говорить бесполезно – Элли сначала попыталась, но Джоэл ясно дал понять, что эту тему поднимать не нужно. Пусть каждый оставит все при себе.

Элли оттягивает лямки рюкзака и скользит взглядом по верхушкам деревьев вдалеке – и в этом однообразном пейзаже замечает очертания водонапорной башни.
– Слушай, – произносит она, шаркнув ногой, и поддевает носком кеда камень, поднимая облачко пыли, – почему ты не вернул меня обратно Марлин?

На самом деле, это вполне логичный вопрос – особенно после того, что случилось с Тэсс. И дураку понятно, что дальше будет только труднее – но вот они здесь, тащатся непонятно куда непонятно к кому, которые непонятно, живы ли вообще.
Неужели оплата стоит того? – хочется спросить следом, но Элли почему-то так и не решается.

[icon]https://i.imgur.com/CuZOBp5.png[/icon]

+11

71

sif; norse mythology


https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/207/113378.gif

на всех выступающих из воды частях тела синяки; сиф говорит, что её не любят вещи: косяки дверей пихают в плечо, кровать острыми углами кусает за мизинцы ног, паркет дома бьёт по лицу наотмашь, высокие вороты душат, в глаз прилетает корешком книги, а щеку раздирает веретено. вещи смеются над ней, вещи её ненавидят. сиф им не владелица. они не куплены за её деньги, они не сворованы её руками. они оказались в доме так же, как и она сама — тор их принёс.

она накрывает своей ладонью отпечаток чужой — фиолетовый синяк обрамляет её пальцы. сиф улыбается, представляя, что так они будто бы держатся за руки.

сиф разводит руки в стороны и упирается локтями о края купели — кажется, что всё здесь сдавливает и сжимает. она в золотом обрамлении, она застряла в каёмке блюдца. тор раскладывает вокруг неё ожерелья, кольца, серьги, цепи, вырванные из глотки земли драгоценные камни, выцарапанные из брюха гор золотые слитки. она разводит ноги, и внутреннюю сторону бёдер обжигает металлом.

из века в век она встречает супруга у ложа, но не знает его лица. тор для неё состоит из множества рук и тактильных сигналов - болезненных, а иногда приятных. тор это шлепки, поглаживания, удары, удушение, объятия. она легко узнает его ладонь. но совсем не знает лица - оно не оставляет следов на её коже.
ей нечем любоваться поутру, стоя у зеркала.


буду пиздить. такие дела. это абсолютно обычная история семейно-бытового насилия, когда одной лишь безусловной женской любви недостаточно для двоих. тор неприятный тип, который помешан на маме. для сиф же эмансипация и освобождение от супруга непредусмотрена. в асгарде некуда бежать разведёнкам.

пример поста;

Мама неслучайно, как кусок ороговевшей кожи на локтях,  наслоилась, в Неаполе, просто возникла очеловеченным куском из вулканической почвы и костяного праха помпейцев. Слеплена из мокрого песка на пляже Марджеллина между усечённых конусов перевёрнутых детских ведёрок. Выскоблена из-под ногтей всех выброшенных на берег утопленников. Уперевшись ладонями о саму себя, выдирала ноги, по колени застрявшие в камне. Толчок — и вот из гранита показались щиколотки  (дома на виа толедо по первый этаж проваливаются в образовавшейся пустоте). Толчок — её вымазанные в магме ступни дышат морским воздухом (эруптивная колонна над Везувием облизывает синий край неба).

Всё это неслучайно. Мама. Неаполь. Мадонна. Святые младенцы. Кормящая грудь. Санти.
Ёрд ищет защиты, скрываясь в туристической праздной тесноте, как в жестяной банке со сельдью. Поди оторви её от мидгардцев, как солнечный ожог от белого известняка кожи. Слиплась молекулами, пропахла канатом, водорослями и слизью. Человечнее человека. Обложилась чужими телами, будто до носа натянула одеяло. Ебать, какая неприкосновенная.
И первозданная земля заполярного круга ей не земля. И чистота фьордов ей не чиста.

Первое слово, которое в него попало и въелось как жирное пятно на рубашке — il mammone. Сидящая напротив девушка шарит ногой под столиком, а после, наклонившись, задирает белую скатерть. На вопрос Тора, что она делает,  отвечает: ищу пуповину.

Может мама хотела, чтобы он научился сыновей нездоровой человеческой любви взамен нездоровой божественной любви?

А ведь он обещал ей многое. Осушить водоёмы и океаны вокруг — не для неё, конечно, для себя — под желчным пузырём, где-то справа кололо от ревности при виде того, как поступательно и ритмично Ньёрд накатывал на скалы. Качающееся и мягко накрывал скалистое острое плечо матери или её выпирающие над уровнем моря тазовые кости. Тор однажды иссушил одним глотком четверть его ебучего тела, Ньёрд застрял поперёк горла нижними рёбрами.
Но и это Ёрд не подошло.
И он убежал в Асгард придумывать новый подарок на день матери.

— Но ты же мне не запрещала их убивать, — ведь правда такого разговора не было. Никто его не учил, что мать огорчится смерти своих сородичей и не возликует от сыновьих побед. Она родством обязана и йотунам, и Тору.

Тор набрасывается на Ёрд, заваливая её на спину; головой между кустами пионов. От трения их тел возникает статическое напряжение, её волосы щекотно липнут к нему; он будто пытается разогреть камень и вызвать огонь. Распахивает базальтовую рубашку и языком проводит между грудей — по ощущениям облизывает подошву туфель — усмехается тому, что пиздец невкусно, но хочется дальше, и продолжает. Откусывает сосок, и чувствует как на зубах хрустит кальцит. Никакого сопротивления, с таким же успехом он мог бы привсунуть в жерло спящего вулкана.
Ёрд лежит всё та же и всё о том же — телесное выражение слова “нет”.

Тор замирает, ткнувшись в её шею где-то у яремной впадины. Прислушивается к течению подземных вод, когда она сглатывает. Вместо лица — разрыхленная почва, вместо глаз — сердцевина цветов. Может в этом дело.
Нет, правда, может в этом.
Он нависает над матерью, усевшись на её животе — скручивает растянувшуюся между мирами пуповину до пары сантиметров — нащупывает ей пальцы и тычет ими в свой красивый глаз. Он смотрит лазурью, будто кусок неба в сквозных прорезях в черепе. Он смотрит чистотой и любовью, на какие способен.
— Возьми, — её ногтём упирается во внутренний уголок глаза, там где слёзная железа, яблоку становится тесно, он продолжает давить, — Отец отдал за знания, а я отдам просто так. Возьми, хочешь?
Может с тремя глазами она что-то разглядит в нём — двумя своими и одним его.

+21

72

rose marigold; alan wake


https://i.ibb.co/LRQw2jT/rose.png

summoning the queen of fanfiction

Название: It’s just a fantasy or… is it?
Пэйринг/персонажи: Mr. Scratch/Rose Marigold Herald of Darkness/Rosalind
Рейтинг: R
Направленность: Гет
Примечания: намёки на отношения, романтика, повседневность, флафф, юмор.
Комментарии: разрешить всем.

Было уже 4 часа утра, а Розалинд всё маялась без сна. Она беспокойно ворочалась с одного бока на другой, обнимала подушку и прижимала к груди воздушно-розовое одеяло. Но сколько бы девушка ни пыталась унять грустные мысли, спрятавшись в этой нарочитой мягкости, ничего не выходило. Блондинка предприняла ещё одну попытку заснуть. Крепко-крепко зажмурила глаза и попыталась досчитать до 28. Или надо было всё-таки до 30? В каком-то журнале на обеденном перерыве она прочитала, что вообще человек должен засыпать за пару минут. И что этот самый счёт должен расслаблять мысли и настраивать на отдых.

Но о каком отдыхе могла быть речь, если именно по ночам жгучее одиночество ощущалось острее всего?

Розалинд с сожалением выдохнула, протёрла лицо ладонями, уткнулась носом в уголок одеяла. С прикроватной тумбочки на неё смотрела пара ласковых голубых глаз, однако сегодня этого было невыносимо мало. Ладно, на самом деле, этого мало было примерно всегда.

Девушка крепче обвивает руками скомканное одеяло, прикрывает глаза и тихонько шепчет единственную известную ей правду.

Если бы ты был со мной, мне не было бы так грустно.

Розалинд жмётся к одеялу, досчитывает сколько-то-там-цифр, как это и советовала статья в журнале, но ничего не происходит. Сон не идёт. Она тянется к смартфону, что лежит экраном вниз всё на той же прикроватной тумбочке. Жмурится, когда смахивает пальцем блокировку и мечтательно улыбается. На заставке – редкое фото, которое публиковалось в глянце несколько лет назад. Оно особенно ценно, потому что у Него куда более домашний вид. И так просто прикрыть глаза, представить себя рядом на этом фото. В этом доме. Дорисовать в фантазии всё, что не вместилось в кадр. Кухню, где она каждое утро обязательно бы варила ему кофе. Гостиную, где тёмными вечерами они сидели бы на широком диване, но всё равно жались друг к другу и смотрели много-много фильмов. Но она, конечно, смотрела бы только на Него. Спальню с огромной кроватью, откуда они не вылезали бы часами...

Лицо Розалинд вспыхивает. Она приглушённо хихикает, запускает браузер и открывает первую сохранённую вкладку. Ещё за ужином она начала читать фанфик от stargazer69 и мигом добралась до последней опубликованной главы. Обновляет и обновляет страницу, потому что вообще-то автор обещал выложить новую часть уже совсем-совсем скоро. И раз уж она всё равно не спит, то...

Глаза девушки расширяются, когда после очередного тапа на кнопку «обновить» 6/8 сменяется на заветное 7/8. Её сердце начинает биться в разы чаще. Взгляд въедается в выделенный курсивом заголовок – «He Comes At Night». В предисловии к главе Розалинд видит заветное предупреждение – 18+, присутствуют графичные описания постельных сцен. И это заставляет её мягко взвизгнуть и засучить ногами от радости. Одеяло сбивается да так и остаётся лежать у самых ног.

Блондинка крепче обхватывает пальцами смартфон. Часы показывают уже 4:30. Вставать на смену в кофейне буквально через пару часов, но это уже совсем не важно. Всё, что имеет значение, – это первая строчка текста, которая полностью захватывает её внимание.

ААААААА, НЕУЖЕЛИ ОНИ НАКОНЕЦ-ТО БУДУТ ВМЕСТЕ????

«После долгого рабочего дня она чувствовала усталость во всём теле. Ванная немного расслабила мышцы и приподняла настроение, но внутри всё равно томилось нечто. Что-то, что перебирало струны души и заставляло её то и дело тоскливо вздыхать. Ей было одиноко в этот поздний вечер. Во всей квартире уже давно погас весь свет. Она лежала на кровати, укутанная в одеяло, и смотрела в потолок.

– Так жаль, что тебя здесь нет со мной, – подумала девушка и перевернулась на бок, подложив ладонь под щёку. Она смотрела на фото на противоположной стене. На нём был изображён человек, ради которого она сделала бы (и делает!) всё что угодно. Что бы он ни попросил, чего бы ни пожелал... Она всегда ответит согласием. И это будоражило ровно настолько же, насколько и пугало. Девушка преданно искала малейшие подсказки, неочевидные знаки и послания целыми днями напролёт. Она верила, что если всё сделает правильно, то у неё обязательно получится. Получится вызволить того единственного из цепких лап Страшного Альтернативного Мира. Он вернётся. И она станет его Спасительницей. Она будет Героиней. Единственной. Он будет признателен. Лишь бы только получилось....

– Вот бы увидеть тебя хотя бы на секундочку. – прошептала она и снова перевернулась на спину. После этого закрыла глаза на короткое мгновение и коснулась собственной щеки, представляя, как это мог бы сделать Он.

– Почувствовать тебя. – она произнесла это на выдохе, погладила себя по шее, решительно настроенная потеряться в фантазии, но тут же напряжённо замерла. Причиной испуга послужил мягкий скрип половиц, который раздался буквально в унисон с её доверительным шёпотом. Преодолев страх, она приподнялась на локтях, чтобы вглядеться и в дверной проём своей комнаты, и тут же задержала дыхание. Там, где раньше была только темнота, теперь находился тёмный силуэт.

– Неужели...? – она не успела даже закончить свою мысль, как легко узнаваемая тень уже переместилась ближе к её постели. Ей так нужно, буквально жизненно необходимо было хоть что-то сказать, но все слова предательски быстро выветрились из головы. Она могла только наблюдать за тем, как Он сначала сел на край кровати – так близко! – и сразу после этого устроился подле неё.

– Это правда ты...? – ей всё-таки удалось выдавить из себя целую фразу, но закончить её снова не получилось. Его указательный палец мягко лёг на её приоткрытые губы, призывая к молчанию. Они слишком долго обменивались вынужденно короткими сообщениями, не имея возможности высказать всё. И теперь слова вовсе оказались лишними. Значение имело только присутствие.

– Ты такая молодец. Собрала все мои послания. Выполнила задания. Помогла мне.

Его приглушённый шёпот обжигал и одновременно с этим заставлял тянуться ещё ближе. Она отчаянно схватилась за рукава его куртки в порыве как можно быстрее прижаться, утянуть его целиком на постель и показать, насколько сильно она действительно ждала этой встречи.

От переизбытка эмоций у неё перехватило дыхание. Румянец разлился по щекам, а с губ сорвался тихий, ласковый смех, когда она принялась гладить его руки. Хотелось всего и сразу. Хотелось растянуть момент и тут же поторопиться, потому что что-то подсказывало – у них осталось совсем мало времени. Утром всё исчезнет.

– Без тебя ничего бы не получилось.

Пока его голос мягким мурчанием касался её порозовевшего уха, а одна свободная ладонь пыталась стянуть с хрупких плеч пижамную футболку, сама она заметила, что на его запястье повязана фенечка. Именно её она оставила на том самом месте, где было замечено последнее его послание...»

Розалинд не заметила, как начала читать строчки вслух и полушёпотом, мечтательно вздыхая. Взгляд перескакивает на следующую строчку, где героиню уже оставили без футболки и повалили голой спиной на целый ворох подушек. Губы её ночного гостя прижались к обнажённой груди, а потом....

Damn, Rose, it wasn’t like this at all
– Shh, they don’t call it fantasy for nothing, silly. ♥♥♥

Notes:
1. Имя главной героини НИКАК (!!!!!) не связано с именем авторки!
2. She could’ve fixed him, but she’d rather not!
3. Sometimes being in love with a bad boy is so much fun.


Посвящения и благодарности: за хэдкан и референсы отдельное спасибо передаю талантливому артеру, идейному вдохновителю, загадочному воодушевителю, а также сэму лейку

пример поста;

Милая, нежная, до отвратительного упрямо стремящаяся к постоянному пониманию Элис. Она так сильно пытается пробраться в чужую голову и при этом продолжает дипломатично топтаться на периферии. Она присматривается и пытается разобраться, но при этом отчего-то так сильно боится проявить жёсткость.

Она не согласна со многим из того, что он говорит своим-чужим голосом. Это видно по напряжённым плечам, по сжатым губам, по слишком обеспокоенному взгляду. Время от времени она издаёт тот самый напряжённый вдох, после которого обычно следуют неминуемые, бьющие наотмашь реплики. Но ничего не происходит. Поэтому он закономерно интересуется – где же пролегает та самая последняя грань? Сколько кружек нужно разбить, чтобы она перестала вздрагивать и сжиматься до плотного комка нервов? Сколько раз необходимо повысить голос, прикрикнуть, оттолкнуть её руки, чтобы всепрощение и попытки в спасение превратились в защиту?

Давай, хлопни ладонью по столу. Переверни стул. Разбей чашку. Или всю посуду сразу, чтобы заглушить её грохотом собственный крик. Замри в ожидании последствий. Сожмись снова. Сведи плечи. Зажмурься. Закрой уши руками. Всем известно, дорогая Элис, ужасы исчезнут в тот же момент. Жизнь вернётся к прежнему ритму. И в окно твоего кабинета снова врежутся лучи выцветшего нью-йоркского солнца.

Выключенный сегодня свет – приятная и совершенно незапланированная случайность. Так называемая репетиция. Отличная возможность прощупать почву и обозначить новые границы. Ещё одна важная деталь в и без того расшатанной чужой картине спокойствия. И, разумеется, новая ступень, которая позволит им перевести взаимоотношение на немного иной уровень.

– На кухне ничего.

Слова разносятся по всему пространству квартиры и наверняка настигают её новой порцией плохо скрываемого недовольства. Вероятно, Элис снова подожмёт губы, закатит глаза, постарается успокоить взвившееся раздражение и промолчит. Найденный фонарик обозначает её присутствие в коридоре. Его отсвет такой же невразумительный, как и отсветы города за пределами квартиры, что пытается с любопытством заглянуть в окна.

– Видимо, ты переложила и не помнишь. – он с неприязнью хлопает ни в чём не повинной дверцей кухонного шкафчика, дёргает туда-сюда пару ящичков, изображая максимально вымученные поиски свечей. Отсюда не видно – вздрагивают ли чужие плечи от громких всполохов посреди окунувшейся в обволакивающий полумрак квартиры. Даже если прислушаться, то не выходит разобрать, задерживается ли чужое дыхание или пока находится в состоянии относительного покоя.

– Ладно, потом найдём.

Мягким шёпотом звучит на её ухо, пока сама Элис открывает щиток около двери и первые несколько секунд просто внимательно рассматривает его наполнение. С её теплом всё ещё приходится мириться, когда пальцы сначала устраиваются на талии, а подбородок буравит чужое плечо. Глаза закрываются сами собой, пока слух ловит то, как её пальцы сжимаются вокруг рукоятки фонарика; как каждая клеточка тела в миг напрягается, чтобы сразу после этого расслабиться.

Темнота считывает приемлемые паттерны и подстраивается. Хочет поластиться под чужими руками и привыкнуть к другим ощущениям. Тем, что не сопрягаются с гуляющим своевольно одиночеством. Ещё одна попытка в человечность намекает – он рискует заиграться и чересчур свыкнуться с новым положением и условиями. Не самый отвратительный из всех исходов, стоит отметить. Хоть и жмёт по рукам и ногам непривычностью и чужеродностью.

– Сто лет пройдёт, а эти дурацкие пробки так и будут отрубаться. – смешок получается до зубовного скрежета ласковым и в её глазах должен выглядеть как неловкий способ загладить все вспышки гнева, с которыми пришлось столкнуться ранее. Несуразное желание вбросить какую-то словесную ерунду, что призвана отвлечь общее внимание от повисшего напряжения. В нарочитой тонкости губы касаются ушной раковины, щеки, а потом и плеча. Вторая рука вжимается в её живот пока ещё довольно мягко, но уже намекает, что высвободиться из объятий не получится. Наверное, со стороны это может выглядеть даже мило.

– К чёрту этот щиток. Если ураган продолжится, то электричество снова отрубит. Не бегать же теперь к нему через каждые пять минут. Это раздражает.

Ворчание сыплется на чужое внимание безвредностью. Собственная щека расползается в выражении тепла и комфорта по её плечу, пока пальцы мнут между собой ткань чужой футболки в задумчивости.

– А знаешь, что ещё раздражает, Элис? Ты всё чаще запираешься, что-то от меня прячешь.

Несколько неслышных шагов назад, чтобы создать между ними небольшое расстояние. Мягкость прикосновений исчезает, а собственный воющий голод до такого безусловного принятия приходится решительно подавить. Уэйку очень сильно повезло: подобного рода безоговорочность, что до безумия граничит с привязанностью, не существует нигде за пределами этой квартиры.

– Думала, это незаметно?

Интонации всё ещё сохраняются на уровне вежливой заинтересованности, но рука резко хватает воротник чужой футболки и делает рывок. Неожиданность призвана сбить с ног. Так и получается – Элис теряет равновесие и летит на пол. Надо отдать должное – фонарик всё ещё зажат в руке. Однако это можно исправить: достаточно только разжать чужие пальцы и отобрать бесполезный кусок пластика, отбросить его подальше.

Закрой глаза, милая Элис. И не открывай, пока я не разрешу.

Отредактировано Mr. Scratch (2024-06-08 22:48:04)

+17

73

baela targaryen; a song of ice and fire


https://forumupload.ru/uploads/001b/ed/6b/592/377101.gif

бейла расцарапывает в кровь пальцы о скалы драконьего камня, сдирает кожу и вырезает ножом зарубки в стене: год, когда она потеряла мать, год, когда началась война, год, когда отец запретил ей покидать скалистый остров семьи, вместо того, чтобы разрешить сражаться за дом на лунной плясунье.

бейла сжигает все свои парадные платья, сгребает в кучу мирийское кружево и шелк из волантиса, бросает в погребальный костер, заплетает волосы в косу (как у отца). бейла знает: девчонка она или нет, а сражаться придется, убийцы из зеленых пиявок не простят ей ни благородную валирийскую кровь, ни то, что она осталась верна семье и джекейрису. черный дым лижет открытые раны, кровь мешается с солью, на драконьих крылах путь от дрифтмарка до дома занимает менее часа, молодая драконица поднимается к облакам и воздух обжигает ей холодом легкие. (сердце стучит слишком громко)

под подушкой всегда спрятан нож. каждое утро бейла первым делом смотрит в окно: не летят ли вести на черных крыльях от отца, жениха или прочей родни? бейла видит во снах свою бабку объятую пламенем и ненавидит эйгона и эймонда повинных в кончине рейнис веларион; она обещает себе убить хоть кого-то из них и улыбается тяжелому свинцовому небу (совсем как отец).


:: я бы предпочел предварительно обменяться постами, чтобы понимать насколько мы подходим друг другу.
:: с сюжетом пляски определимся вместе, разрешу бейле высказать все, что она думает, о своем непутевом отце.
:: в остальном было бы здорово, если бы у вас тоже были свои идеи, свое видение и инициативность, а с остальным разберемся в лс.) в любом случае я буду рад дочери.

пример поста;

kepa ēza issare pirtra konīr syt hāre tubissa.
iksan zūgagon zȳhon morghon iksis va. māzigon arlī lenton
.

лицо бронзовой суки напоминало маску высеченную из камня: за последние несколько седмиц она похудела, черты лица ее выбелило и они заострились. все то время, что шла церемония коронации, она стояла не шелохнувшись, покрытая черно-красным плащом дома таргариен, ее обескровленные губы были сжаты в тонкую линию, взгляд обращен в пустоту. бронзовый истукан не могла выдавить из себя и каплю улыбки. когда хор голосов дружно грянул, чествуя нового короля, она вздрогнула и, кажется, впервые за все время, посмотрела на деймона. новый король семи королевств предпочел не смотреть на нее вовсе. он поднял меч эйгона завоевателя над головой, на солнце блеснула золотом корона визериса, и верховный септон отступил в сторону, благочестиво улыбаясь толпе, словно мог разделить их радость.

мерзкие несчастные лизоблюды, предатели, лжецы. все, кто был готов устроить заговор в пользу нерожденного выродка алисенты,  лишь бы не дать деймону сесть на железный трон, сейчас тоже вымучивали на лицах радость, славили нового короля. с каким бы удовольствием  таргариен совершил бы над ними королевское правосудие, какой восторг ему бы доставили полетевшие по мягкому ковру из квохора головы отто хайтауэра и его братца ормунда, тайленда ланнистера и лариса стронга. деймон немедля мог бы объявить их предателями короны и уничтожить навсегда зеленых пиявок, крепко впившихся в шею его брата, настолько, что новоиспеченный король совершенно бы не удивился узнав, что это их рук дело - болезнь визериса и скорая смерть. впрочем, если и так, то они же сами и пострадали от сделанного выбора.

деймон сошел по ступеням вниз, черное пламя было убрано в ножны, корона незнакомой тяжестью охватила в тиски голову. им предстоял пир в честь короля, а в блошином конце этой ночью должно быть особенно шумно и весело, как полагается всегда, если королем становится их личный лорд. деймон бы тоже лучше присоединился к ним, а не терпел церемонии, те немногие, что еще умудрился не нарушить окончательно. он подал локоть рейнире, кивнул головой леди рее, чтобы та следовала рядом, и поток благородных господ, собравшихся на коронацию, разрозненным строем двинулся к великому чертогу.

se dāria kessa emagon iā riña

пир деймону показался не менее унылым, чем коронация. он пил, облокотившись на подлокотник своего кресла. менестрели сменялись шутами, шуты вызывали глотателей огня, за ними следовало целое представление, изображавшее лишь недавно завершившуюся войну на ступенях. иногда, между сменами блюд, деймон смотрел в сторону алисенты, нежно баюкавшей свой округлившийся живот, а когда ей казалось, что никто не интересуется овдовевшей королевой, она ласково улыбалась своему еще нерожденному плоду, находя в нем единственное утешение. отто хайтауэр сидел рядом с дочерью, и, несмотря на то, что он умудрялся сохранять маску довольства, взгляд у него был абсолютно трезвым и настороженным, положение, в котором оказалась их семья, было спорным и грозило неприятностями. деймон мог прямо сейчас приказать отто удалиться из столицы и более никогда в нее не возвращаться.

[indent][indent] - se skorkydoso gaomagon ao hae ziry mirre?

деймону, вот, не нравилось абсолютно. глухая злоба по-драконьи царапалась прямо под кожей, где-то на холме рейнис недовольно извивался, выдыхая густой черный дым, караксес. золотой венец все еще давил на виски. племянница, сидевшая по правую руку, тоже не отличалась излишней веселостью.

[indent][indent] - kostagon ao lilagon syt nyke. - протянул король, поймав взгляд рейниры, кривоватая усмешка сделала лицо почти что злорадным. деймон в знак примирения протянул девице собственный кубок, рея по левую руку недовольно дернула плечом. даже если бы таргариен не хотел отдавать родственнице свое вино, он бы непременно сделал это еще раз, только бы положение реи стало более неприятным.

когда разрезали пирог, и менестрели затянули "дорнийскую жену", деймон подумал о том, что рейнира не отгоревала свое по отцу. никто из них в сущности. она дождалась возвращения дяди, сиракс дохнула огнем на последнего из остававшихся у нее родителей, алисента покрепче сжала руку подруги. даром что не решали государственные дела над трупом брата. на следующий день уже началась подготовка к коронации нового короля,  через десять дней морем приплыла бронзовая сука, за оставшиеся дни стеклись прочие великие дома семи королевств, корлис веларион наконец-то оставил ступени, зачистив последние разбойничьи отряды кормильца крабов. с рейнирой за все это время деймон почти  не говорил, занятый подготовкой и встречами большую часть собственного времени, а потом драконоблюстители провели свадебную церемонию и на этом все кончилось. племянница, предоставленная сама себе, коротала дни неупокоенным мертвецом: брошенная, неприкаянная новая королевская жена.

[indent][indent] - идем, - проронил деймон, наконец поднимаясь с места. вместе с ним выступили вперед эррик каргилл и стеффон дарклин. гости проводили глазами короля, и, быть может, выдохнули с облегчением, когда оказались предоставлены сами себе. таргариен перехватил руку рейниры и вывел из великого чертога через боковые врата в богорощу.

с еще большим удовольствием деймон забрал бы племянницу в город, хоть бы и на шелковую улицу, где разгульное веселье было куда более искренним, а публика намного менее требовательной к соблюдению приличий. там вино помогало забыть уродливые лица толстозадых милордов и визгливые голоса их жен-свинок. и, если бы визерис был жив, его младший брат именно так бы и поступил с принцессой, просто чтобы ей было что вспоминать в моменты, когда приставленные септы заново будут пытаться проделать дырку в черепушке своей подопечной.

[indent][indent] - ao sagon vēdros, rhaenyra? - белые плащи остановились на расстоянии, чтобы не мешать королевской семье. деймон усмехнулся, проходя ближе к чардревам в углублении сада, зная что у новоиспеченной королевы не будет выбора, кроме как последовать за ним. -  ȳdra daor ao hae bona iksan dārys sir? iā bona ēdan naejot mazverdagon ao ñuha ābrazȳrys?

в цветах дома таргариен, с золотой вышивкой по платью, белыми уложенными в косы волосами, рейнира казалась старше, чем была на самом деле. у нее не было жениха, визерис так и не успел сделать выбор, а деймону предлагали отдать ее чуть ли не каждому лорду, что обладал достаточным состоянием и все еще был в силе. он много думал об этом, и как никогда хорошо понимал эйгона, так и не сумевшего расстаться ни с одной из сестер.

[indent][indent] - sīr kostan mīsagon īlva.

и так они сами не окажутся друг другу врагами. (возможно)

+3

74

ezio auditore da firenze; assassin's creed


https://i.imgur.com/a6t7G9x.png

– it’s a good life we lead, brother.
- the best. may it never change.
- and may it never change us.

[indent] слова отдают горечью воспоминаний, утопающую во второй бутылке за вечер. он заметил беспокойный блеск в глазах софии, когда она оставляла на его щеке поцелуй, отправляясь ко сну. он не присоединится к ней сегодня.мир с высоты крыши церкви санта-тринита казался таким большим и необъятным, но принадлежал им по праву – гордости, юности, глупости. он казался вечным, они казались вечными, молодыми и счастливыми. немного побитыми после стычки с пацци, но… все было впереди. только они неизменны.
[indent] фредерико бы посмеялся сейчас, как же неизменны, –  седых волос да морщин прибавилось, движения приобрели плавную размеренность, а одышка мучает уже после каждой пробежки по крышам. смог ли б он сейчас его так уверенно обогнать? он изменился, в два раза старше, чем был фридерико,  даже больше – он старше отца, его дети старше, чем был петруччо, когда они все застыли в вечности, в его памяти на  площадь синьории.
[indent] он искал мести, но нашел кредо –  но путь к нему был еще длиннее, чем вендетта с борджиа. он искал справедливости и правды, но нашел лишь новые потери и горький опыт. он искал простой жизни, но оказался звеном в цепи, которая была начата тысячи лет назад и даже бог не знает, когда она закончится. [кто такой дезмонд?] он искал ответы, а нашел... мир. нежность рук софии, её объятий такая же, как и при их первой встрече. в своих поисках альтаир смог обрести великое знание, а вместе с тем и великое одиночество, а он...
[indent] он боролся, он ошибался, он искал, он любил и он никогда не останавливался; и в каждом своем стремлении он был пылок и стремителен, но все же... наверное, пришло время остановиться. остаться с теми, кто дорог. вернуться в постель к софии.
[indent] он изменился все же. изменилась и его жизнь, изменился и мир вокруг.
[indent] но уверен, что его семья смотрит на него с небес с гордостью. тем более, что его семья гораздо больше, чем клан аудиторе.
его семья - это те, кто были до, и те, кто будут после. те, кто сражаются, и те, кто умирают. те, кто поклялся во тьме служить свету.
его семья - это ассасины.


желательно, но необязательно: мы балуемся фанкастами, и я предлагаю дамиано давида на юность и киану ривза на почтенные годы. 
обязательно:   мы любим ворчливых дедов, но "раньше было лучше, после альтаира все скатилось" - не к нам, у нас так не принято, мы любим все части, даже заочно шэдоус. 
что предлагаю: любовь. обожание. хэдканон, что у иви эцио - это главный подростковый краш. вкусные посты от 3000 раз в две недели или чаще. опциональные вбросы артов/мемов. леонардо да винчи под маской во имя крепкой мужской дружбы. (поддержка, если будете искать юсуфа тазима для еще более крепкой дружбы, потому что я бы почитала). клаудиа аудиторе под маской для семейных эпизодов, потому что i'm sucker for family drama. себя для аушек//сюжетов в стиле "аномалия анимуса затянулась".
что я не жду: позиции "я пришел, развлекайте меня". приходи со своей любовью к эцио, со своим желанием играть и хотелками, и будет тебе небо в алмазах, клубника в шампанском, пицца с ананасами.
что хочу: пост в лс. ♥

пример поста;

иви закатывает глаза, джейкоб, кажется, даже на смертном одре найдет возможность попаясничать, без этого он просто не был бы сам собой. впрочем, этот уровень практически вопиющего неуважения по отношению к ассасинам, которые буквально сформировали братство в том виде, в котором оно существует сейчас... кажется, уже перестает даже удивлять иви. учитывая, что чаще всего подобным провокациями он занимается исключительно назло. чтобы повеселится с того, как она злится. сейчас, впрочем, иви не злится. она все еще отчаянно пытается найти выход из всего произошедшего.

— а ты почитай записи, — слабо отбивается иви. так или иначе, но основную суть джейкоб уловил. возможно, если он перестанет вести себя как последняя задница, то даже сможет еще и сделать правильные выводы. хотя бы двинуться в их сторону. — если ты еще читать не разучился. — укол такой же древний, как и и дерганье за косички — одна их тех причин, по которые иви собирает волосы. она усмехается только и откидывается к стенке, не испытывая никаких угрызений совести.

в одном джейкоб точно был прав: отец был бы в ужасе.
но разочаровался ли он бы в них? иви предпочитает не думать сейчас об этом. они в процессе освобождения города от тамплиеров, и судить результат их работы можно будет только в самом конце. тогда же можно будет сходить в собор святого павла и облегчить душу мыслями о том, что он их видел и гордился бы. до той поры — никаких лишних мечтаний и  воздыханий. только миссия.

у джейкоба, например, уже миссия наклевалась. испытывать тот же уровень воодушевления, что и брат, у иви совершенно не получалось даже после полувыпитой бутылки рома. сколько бы районов они не захватывали, никогда висельники не переходили к ним полностью. подобный оптимизм со стороны джейкоба выглядел безрассудной глупостью, но... иви пытается смотреть с других сторон и искать лучшее; например, её слова достаточно вдохновляют, чтобы он начинал думать о новых началах. даже если они очень сомнительны.

— и как ты их собираешься переманивать? еженедельными карточными турнирами? — в которых кто-то далеко не так хорош, как считает. иви хмыкает, но и не высказывает больших сомнений. просто задает достаточно здравые вопросы. в какой-то момент иви фокусирует взгляд на бутылке и полагает, что слишком здравые вопросы для сейчас. возможно, стоит отложить их на потом. зато подзатыльник сработал. обиженный взгляд она увидела, но кто еще из них двоих должен был обижаться. зато можно было быть спокойной: больше таких комментариев не будет.

— им пришлось бы очень сильно постараться, чтобы найти актера, подходящего под мастера эцио, — бормочет иви, чуть-чуть краснеет, и отворачивается. может, и хорошо, что в итоге не поставили. или поставили? если да, то даже немного жаль, что не удалось увидеть. не восхищаться эцио аудиторе было невозможно. и иви восхищалась. возможно, немного сильно увлеченно, но тревоги девичьего сердца — это тревоги девичьего сердца. и вообще дела давно минувших лет. она выросла и стала куда более зрелой для... подобного. просто роль эцио требовала куда большего понимания, чем могло бы хоть когда-то быть у рота. — неважно, впрочем. сгорело и сгорело. — она почти сразу же запивает собственные слова, очень сильно пытаясь их нивелировать.

отвлеченные мысли постепенно становятся более сфокусированными и серьезными. это все еще не отпускает джейкоба. но на это нужно было больше времени. но, по крайней мере, они были друг у друга.
иви находит руку джейкоба и сжимает.

— мы в этом вместе, джейкоб. до конца, — каким бы этот конец не был. впрочем, учитывая, в какую авантюру они себя ввязали, прыгнув в поезд до лондона, конец в любом случае будет как минимум веселым. и все же иви серьезна. она внимательно смотрит на джейкоба, потому что говорит то, что действительно много для неё значит. когда отец был в индии, только они у друг друга и были. сейчас отец в раю, и они снова остались друг с другом, но никогда — одни. она немного сползает и кладет голову на плечо джейкоба.

коротко усмехается. вот вроде бы так прекрасно начал. даже будто бы сделал нужные выводы, чтобы двинуться дальше, а на самом деле сделал столько шагов назад в своем развитии, доходя до уровня капризного десятилетнего ребенка, который очень сильно не хочет идти к врачу, если ему не пообещать конфетку. с другой стороны, вспоминая что клару, что артура.... некоторые десятилетки были гораздо взрослее, чем джейкоб фрай.

— а ты знаешь, что хорошие братья не попадают в тюрьму, чтобы их потом везти к врачам? — иви приподнимает одну бровь, хмыкая. — тебе нужно сегодня еще и выспаться. я хочу, чтобы мы лечили твои раны, а не твое похмелье.

впрочем, вместе с тем иви прекрасно осознает, что одно без другого вообще никак не получится. джейкоб довольно уверенно выглядел как человек, планирущий напиться, и лучшее, что может в подобных действиях сделать иви — это поддержать. и все равно завтра отправить к врачу, даже если последствия попойки ударят и по ней. не худшее, что может быть. может, генри поделится своими травами с родины, и удастся хоть с головной болью разобраться.

Подпись автора

on my knees in the night, sayin' prayers in the streetlight
been spendin' most their lives livin' in a gangsta's paradise

+9

75

frederick «freddie» abberline; assassin's creed


https://i.imgur.com/38BIVPx.gif https://i.imgur.com/3WTRQhH.jpeg https://i.imgur.com/FmgfEQl.gif

[indent] джейкоб растягивает это свое фредди, игнорируя любые правила этикета, личного пространства и просто здравого смысла — и фредерик внезапно не злится. только тяжело вздыхает, соглашаясь помочь. найти преступника, раскопать информацию, прикрыть или вытащить из очередного залёта в тюрьму. джейкоб каждый раз говорит, что с него должок и долг капает монеткой в копилку их отношений годами. фредерик в какой-то момент даже перестал считать. зачем? фраи лучше старрика; фраи приводят преступников живыми для суда хотя бы через раз; фраи и их странное братство на стороне людей.

[indent] фредерик не признается, что фраи ему нравятся. разве что в момент, когда джейкоб снова насмехается над его маскировкой, нравятся чуть-чуть меньше. вы что, не видели старушку с бакенбардами? и нет, он недостаточно узнаваем и может сойти за дворника. и за висельника — работа с ассасинами действительно однажды сделает его висельником; только тем, на шее которого затягивают петлю из проблем, забот и постоянных уступок.

[indent] после отъезда иви джейкоб парадоксально часто оказывается с аберлайном на одних дорогах. приглашает выпить, иногда просто интересуется, какой прогноз погоды на сегодня. если тайное братство ассасинов станет тайным и для стражей порядка, то фредерик наивно ошибался. джейкоб скрепляет их отношения большим количеством дел, просьб, своих появлений. и каждый раз говорит, что с него должок. фредди, буду ждать тебя к десяти на крыше. конечно, сможешь. и вариантов отказа попросту нет — кто отказывает джейкобу фраю, когда он так ослепительно флиртующе улыбается?

[indent] фредерик однажды находит джейкоба у борделя, где нет ни одной женщины в качестве проститутки. подобное открытие должно настораживать, вызывать отвращение, но вызывает интерес. и толику дискомфорта, потому что инспектору полиции даже под прикрытием нечего делать в таких местах. джейкоб, покидая бордель, находит его с одного взгляда на углу улицы и все так же расплывается своей обезоруживающей улыбкой, а внутри фредерика давно затянувшийся узел чувств и желаний по отношению к джейкобу фраю наконец-то находит немного постыдное, но обозначение.

[indent] их первый раз произошел спонтанно, потому что аберлайн просто не в силах выносить эту дьявольскую улыбку, а джейкоб не против. должок за ним большой, можно отдать натурой. фредерик наконец-то взыскивает все долги, как ему кажется. джейкоб упивается происходящим подобно демону, наконец-то заполучившим душу в свои руки. и под осипшее фредди аберлайн думает, что пропал.

[indent] с большой должностью приходит мрак. улицы уайтчепела наполняются ужасом, а фредерик не знает, как все исправить. он знает, кто убийца. джейкоб, который не раз выгораживал радикальные поступки ученика, теперь снова просит не говорить. он сможет разобраться, он сможет остановить джека. все вот-вот закончится! и после каждого обещания джейкоба на улицах с рассветом появляется новый труп, а фредерик не знает, должен ли он покрывать ассасинов дальше. считается ли он почти соучастником, раз повязан с этими людьми? но точно знает, что должен попытаться защитить джейкоба. поздно, фредди.


если вы прочли мой поток хэдканонов, то вы большой молодец. приходите к нам: у нас есть иви, есть джек (он машет ножичком и обещает фредерику много бессонных ночей за расследованиями), и есть, собственно, я. мы за любые идеи, кроме идеи пропасть в никуда. давайте ценить время друг друга, пожалуйста. я не могу сказать, что это игра в пейринг сердце вместе с глазом забрал джеки, но около того — у фредди и жакоба невероятно долгие отношения, эталон крепкой мужской дружбы во всех ее проявлениях прямо из фанфиков. аберлайн с фраями за эти годы брака стали считай семьей, только очень токсичной. кстати о фиках, если хотите, кину несколько прекрасных работ, коими я вдохновлялся на эту заявку. и подсыплю еще идеями из детективных историчек, а мы с иви их любим тоже.

в качестве фанкаста я предлагаю или stuart martin у него много исходников для такой роли, или посмотрите на эванса у меня и выберите daniel brühl - все так же много исходников вместе из алиениста.

ми осыпем вас идеями, эпизодами, но взамен тоже просим идейности и желания развивать персонажа. и попросим прийти с постом в личку.

пример поста;

джейкобу казалось, что он все еще слышит крики ужаса людей, запах гари и удушливого дыма альгамбры. от стен отражается торжествующий смех максвелла рота, после чего он говорит ту самую фразу «я могу» и .... джейкоб просыпается. от таких снов нет ни единой пользы, а внутри ощущаешь себя мерзко. он так и не понимает, злится ли он, тревожится или, быть может, внутри засела глухая дурацкая обида на мертвеца. словно могло быть иначе. джейкоб никому не выдает своих мыслей, запивает дурное настроение стаканчиком чего-нибудь покрепче и парочкой замечаний мистеру грину. последний неизменно вежлив и добр, а еще спешит поскорее унести сестренке какую-то очень полезную информацию. джейкоб мог бы обидеться, что его не посвящают, но это точно очередная книжка и игрушки предтеч. значит, скуч-но.

меньше всего джейкоб сейчас хочет погружаться в скуку. так точно не соберет мыслей воедино. поэтому джейкоб решает заниматься делами — кто-то ведь должен, пока одна парочка копается в старых легендах и ищет древние камни. грачи должны процветать, их дело расти, а влияние в лондоне усиливаться. так они смогут выбить почву из-под ног старрика — так они приблизят свой триумф. джейкоб очень горд своими далекоидущими планами, если бы только избавиться от преследующего его эха пожара в альгамбры.

там, между прочим, окончательно потушили пожарище. старый театр, ставший клубом, теперь лишь груда мусора. и вроде на этом можно отпустить ситуацию — джейкоб бы и рад, но тут даже дело не в его злости на рота!

все началось с подозрительной активации висельников. стычки банд — обычное дело, джейкоб привык. но, в последнее время их стало больше. потом вишенкой на торте стал фредди, который в этот раз даже не пытался переодеться в очередную узнаваемую копию себя. и ткнул заголовки газет, где громкая статья обвиняла небезызвестных грачей и их лидера — джейкоба фрая — в поджоге альгамбры.

[indent] — там было очень много влиятельных людей, джейкоб. им не нравится, когда их делают мишенями. еще мои агенты, — он кашлянул, скрывая это слово, чем заставил джейкоба закатить глаза. ох, уж этот аберлайн, — говорят у висельников началась дележка власти, и кое-кто хочет перевести на тебя все стрелки.

[indent]— фредди, я как-нибудь р...

[indent]— нет, не разберешься. дуэли на улицах не одно и то же, что произошло на днях! в общем, примите меры с сестрой. иначе мне придется обьявлять тебя в розыск.

джейкоб вскинул брови, выразительно посмотрев на аберлайна, явно сомневаясь в его предупреждении. еще чего. никто не станет арестовывать джейкоба фрая! впрочем, послание он услышал — и оно ему не понравилось. кто же знал, что это только начало.

[indent] — твоя забота так трогательна, фредди. а говорил, что мы не станем друзьями. в следующий раз лучше изображай пьяницу, а, это ты не под прикрытием? ладно-ладно, до встречи!

джейкоб не хотел вести задушевных бесед и получать дополнительные советы. он был решительно настроен справиться с ситуацией. только вот ...

стычек происходило больше.
газеты писали чаще.
а кто новая замена старрика на место максвелла рота все еще непонятно.

джейкоб весь лондон перерыл, только в покоях королевы не искал разве что — ничего. иногда ему казалось, что это какая-то злая шутка рота и сейчас тот выпрыгнет из-за угла, торжествующе хохоча. может, то был тоже его двойник? мало ли, насколько сильно они могут быть похожи. эту мысль джейкоб откинул быстро — и мысленно смутился, вспоминая прощание рота. хотелось бы, чтобы это был настоящий.

терять людей больше джейкобу не хотелось, а аберлайн вот-вот грозился снова нанести визит. ситуация выходила на глобальный уровень, она затрагивала их всех. поэтому джейкоб, после очередной неудачной вылазки в поисках нового главы висельников, возвращается к стартовой точке. там, где ему нужен план — хороший план. и желательно менее предвзятое отношение к ситуации. джейкоб никогда не следовал заветам отца про лишение эмоций ради дела, но сестра очень старалась. и, быть может, не пережив кошмара в альгамбре, она сможет предложить что-то стоящее. стоило надеяться, что не предложение почитать книжку с мистером грином. какие интересные цветочки! отвратительно.

[indent]— сестра, а где генри? неужели оторвался от совместного созерцания бумажек и вышел подышать свежим воздухом. — еще не хватало, чтобы до него дошли новости.

джейкоб замечает на столе газеты последних дней, и на первой полосе видит ту самую новость.

[indent]— вау, я уже на первой полосе. знаешь, когда аберлайн мне это показывал, я был на пятой странице. — сарказм мешается с напущенным восторгом, делая голос не очень естественным. джейкоб устал, джейкоб не может отпустить ситуацию, а еще чувствует себя загнанным в угол. он такого не любит. и не стерпит.

нужно лишь найти путь из западни и нанести контратаку.

[indent] — думаю, будет неплохо, если ты уделишь свое драгоценное время для дел грачей. на улицах артефакты предтеч не лежат, но зато ... — он не договаривает, голос теряет приторную издевательскую сладость. джейкоб в одно движение бросает газеты обратно на стол, и абсолютно серьезным тоном заканчивает. — мне нужна твоя помощь. план.

иви сейчас точно скажет, что она же говорила. не ходи, джейкоб! а он отвечал: не пойду. ему все еще обидно — и оба эта направлена на мертвеца, который просто мог поступать так ужасающе ублюдочно. но, пока еще ситуацию можно исправить, лучше все-таки обратиться к кому-нибудь. к сестре, например. они же семья. smalimg

[icon]https://i.imgur.com/p8fDlBk.gif[/icon]

Отредактировано Jacob Frye (Вчера 09:38:57)

+8

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » KICKS & GIGGLES crossover » акции » нужные персонажи